Эротические страницы из жизни Фролова

Виктор почему-то заволновался. Ну вот, кажется и здесь начинаются проблемы. Надо будет с нею сегодня серьезно побеседовать. И не откладывая на вечер, - судя по всему этот Толик провожал ее домой и Виктор решил сразу же по приходу и начать воспитательную работу.

Но дома ее не оказалось.

Ирины тоже не было. Правда, буквально через пять минут после его прихода она позвонила от мамы, предупредив, что задержится с Сережкой у нее часов до девяти, а может быть и позже, поскольку та затеяла заготовку на зиму томатного сока, а ее Бориска, притаранивший полсотни кило помидоров, сам смылся в срочную командировку.

Потом ему пришлось выскочить из-под душа еще на один звонок, и это оказалась Таня, то бишь Татьяна Ивановна, Светина вожатая по лагерю. Спросила, дома ли Света. Виктор, естественно, не сказал, что та прогуливается с ее мужем, но сам еще больше расстроился.

Еще один звонок повторился через десять минут. Теперь уже мужской голос представился Анатолием, Татьяны Ивановны мужем, и тоже спросил, дома ли Светлана. Голоса этого Анатолия Виктор не помнил, а по телефону вообще никогда не слышал, поэтому не был уверен, что это был именно он.

Скорее наоборот. И просто ответил, что ее нет. Тот переспросил как бы с недоверием и пообещал позвонить чуть позже.

Теперь Виктор просто разозлился. Начинаются проблемы… Стал за что-то ругать себя, хотя сам не знал, за что. Завелся.

Через полчаса звонок повторился. Снова мужской голос, но уже другой, глухой какой-то. Спросил Фролова.

- Ну, я, - откликнулся Виктор.

- Я по поводу заказанных камушков. Хотел бы получить. Прямо сейчас.

- Каких камушков? - удивился Виктор. Удивился совершенно искренне, - при чем здесь камешки, - что они там крутят, эти титаники?

- Не тренди херней, - спокойно отреагировал голос в трубке, - они у тебя.

Собирай их все и мигом на улицу. Я буду ждать тебя ровно в семнадцать сорок в переулке за гастрономом, где ты только что был. Взамен еще через полчаса получишь свою дочь. Живой и почти невредимой. А если не принесешь или начнешь не по делу рыпаться, завтра получишь попользованное мясо. Все пятьдесят килограмм. Так что давай, торопись.

И связь прервалась.

Сердце опустилось куда-то вниз, став вдруг тяжелым, как камень, и Виктор буквально упал на стул.

При чем здесь Светлана!? Камешки, камешки… - ну конечно, речь о идет световодах, титаники здесь ни при чем…

Он бросился к шкафу, где был спрятан контейнер, - ведь он так и не отнес его назад, в лабораторию, где собирался уложить в свой личный сейф. Он ведь чувствовал, чувствовал! Еще тогда, когда она увидела их из-за его спины. Еще тогда.

Часы показывали двадцать минут шестого. Черт с ними, со световодами. Он потерял способность не только рассуждать, - он вообще ни о чем теперь больше не думал, кроме дочери.