Эротические страницы из жизни Фролова

Дочка, доченька, дочурка… У него крупно дрожали руки, и она стала их гладить, чтобы они успокоились…

- Вытащи кассету из камеры. И все остальные тоже забери, - сказала она уже совсем спокойным и твердым голосом. - А мне подай мою сумочку, он бросил ее туда, за скамейку.

Он нашел сначала ее сумочку, подал ей, а сам стал разбираться с камерой, нажимая то одну, то другую кнопки, пока кассета сама не выскочила из нее.

- Папа, не трогай ничего лишнего, пожалуйста. Не оставляй свои отпечатки.

Еще и об отпечатках думает…

Удивленно оглянулся, - она держала перед собою зеркальце и обстоятельно расчесывалась.

- Подожди, ничего не делай, я еще глаза немного подведу.

И он, повинуясь ее мыслям, вытащил из кармана платок и стал обтирать камеру, убирая свои отпечатки…

- Ты здесь ни за что больше не трогался. Только наручники. Мы их заберем с собой и выкинем. Их оставлять нельзя. На них твоя кровь - ее не вытрешь.

Она встала, - уже вполне уверенно, - вставила ноги в босоножки, пошла к тому месту, где был прикован отец, подняла все ключи, стала тщательно осматривать пол и стену. Потом намочила под краном свой носовой платок и протерла им пол в нескольких местах, затем оба кольца и участок стены, к которому касались его руки.

- Веревку с этой железкой сними с пояса. Мы ее тоже заберем."

"Он с удивлением обнаружил, что карабин все еще болтается у него сзади на веревке. Потянулся рукой и отстегнул второй, с пояса.

- Зачем он нам?

- Заберем, папа.

Подняла наручники, подошла к нему, пристально посмотрела в глаза и твердо сказала:

- Ну вот. Тебя здесь и близко не было, папа. Заверни все это в ту газету, только поаккуратнее. А кассеты сюда сыпь, они оттопыривают тебе карманы.

Она подставила раскрытую сумочку, он вынул оттуда связку ключей, на которую она указала, и затолкал кассеты.

- Подожди, не так. Сюда еще должно поместиться вон то.

- Нет. Я его вытру и он останется здесь.

- Нам еще домой добираться. Ты знаешь, где мы находимся?

- Нет.

- Я тоже. Он меня, гад, головой в самый низ затолкал.

Она подняла с пола пистолет и осторожно уложила в сумочку, с трудом защелкнув ее потом на защелку.

- Я оботру стол где трогалась, и пол немного, а ты найди ту железку, которой я ящик открыла, она где-то там за скамейкой.

Потом еще протерла стойку нар за изголовьем, кусок стены возле дверей, умывальник и кран.

- Все. Кажется все. Остальное убрать невозможно. Но и этого достаточно. Пошли. Наверху, кажется, никого нет. Только обмотай руку платком, как я.

- Подожди. Дай мне пистолет.

Ее ""кажется"" насторожило его. И она тоже что-то такое почувствовала, и без промедления открыла сумочку.

- Ты умеешь? - спросила она тревожно.

- Сумею.