Эротические страницы из жизни Фролова

- Не груби ей! - отрезала Ирина. - Сам иди!

И он вышел. Ушел на кухню, достал из холодильника запасную бутылку, открыл и глотнул прямо из горла. Свирепая жидкость обожгла пищевод, и ему сразу полегчало. Он сел и стал ждать, когда его гостья вылетит из комнаты. Или без лишнего шума выйдет в сопровождении хозяйки и потопает к выходу. Что-нибудь такое.

Вместо этого минут через десять-пятнадцать он услышал спокойный зов жены:

- Вить, иди сюда на минутку.

Она стояла перед трюмо, разглядывая себя то в фас, то в профиль.

- Ну как? - смущенно улыбаясь, осведомилась у него. - Идут? Катя говорит, что хорошо.

Катька сидела в одной блузке и злополучных трусиках, тесно прижав друг к дружке тонкие коленки.

- Ты не думаешь извиниться? - намекнула как бы между прочим Иринка.

- Прости, Катя.

- Катенька, - поправила его Иринка.

- Катенька, - согласился он.

А Катенька смотрела на него странным, непонятным ему взглядом и молчала.

- Ну что ты молчишь, Вить?

- Я не молчу. Любуюсь.

- Правда? - искренне обрадовалась Ирина. - Нравится? Слышь, Катя, ему тоже нравится. В эту же субботу идем брать.

И стала стягивать брюки, обнажая голую попу. На ней были такие же трусики, как и на Катьке.

- Давайте немного выпьем, - вышел из положения Виктор, не понимающий, как он должен успокаивать Катьку в присутствии жены.

- А ты уже, небось, приложился?

- Немножко.

- Так там же водка. Что же ты вино себе теперь льешь?

- Оно сухое.

- Какая разница? Не смешивай, а то нам придется тебя откачивать. Я сейчас.

Она положила на банкетку аккуратно расправленные брюки и шмыгнула к кухне.

- Извини, Витя. Я сама не знаю, как такое наговорила…

- Кать, ты что будешь? - спросила уже прилетевшая Ирка, держа в руках начатую Виктором бутылку.

- Пожалуй, немножко водки. У меня от вина голова потом болит.

- Это сигнал о том, что она все еще на плечах, - неуклюже сострил Виктор. - Давайте за мир. Во всем мире. И в нашем, в частности.

- Ты так и не переоделся с работы, - укоризненно заметила Ирка, когда они приступили к закуске. - Хоть рубашку сними. Мы почти голые сидим и то жарко.

Он так и сделал. Ощущение неловкости все еще не покидало его. Зато холодный душ с апельсиновым мылом быстро смыл с него стеснительность, и он вернулся к ним в одних шортах на босую ногу.

- Мы тебя не дождались, еще по одной выпробовали.

И обе от этих слов захихикали, будто на самом деле выпробовали по три или четыре.

- Ой, и мне туда пора, - продолжая хихикать, встала со своего места Катька и быстро потопала в туалет.

- Хорошенькая она, правда? А ты как истукан.