Эротические страницы из жизни Фролова

Чего ты ее не обнимешь? Или это я должна, по-твоему, все успевать?

- А ты ревновать не будешь?

- Конечно буду. Ну и что?

- Тогда обниму.

- Только не обидь.

Катька тоже вернулась влажная и пахнущая апельсиновым мылом.

- Ну у вас и ванна… - восхищенно отметила она. - И смеситель забойный. Где вы такой откопали?

- Витька из Киева привез. Так, теперь моя очередь. Я уже еле сижу.

И Ирка смылась."

"Осмелевший Виктор прогладил еще не просохшее Катькино бедро, когда та пробиралась мимо него к своему креслу.

- Не трогай меня, - оттолкнула она его руку, но без злости, скорее даже кокетливо. А когда уселась, лукаво улыбнулась:

- Узнаешь трусики?

- Узнаю, - сокрушенно вздохнул он, - я их теперь всю жизнь помнить буду.

А она весело засмеялась.

- Ничего не будешь. Мне очень нравится твоя жена. Я хотела бы иметь такую подругу. Ты меня понял?

- Не знаю. В каком смысле?

Она засмеялась еще веселее.

- Я не лесбиянка. В самом прямом. С нею очень легко. Я тебе завидую.

- Да. Я тоже. Мы очень любим друг друга.

- Зачем же тогда ко мне… влез?

Она вовсе не укоряла его. Совсем наоборот. Игриво закусила нижнюю губу и посмотрела из-под бровей самым лукавым вариантом своего взгляда.

Он пожал плечами:

- Само собой произошло.

- Оба раза?

- Оба раза.

- А сейчас?

- Что сейчас?

- Не хочется?

- Хочется.

- Попробуй.

Может быть она так пошутила, чтобы назло ему раззадорить его. Но ему-то уже было не до шуток. Он мгновенно встал со своего места и, пока она пыталась сообразить, что именно он собирается делать, опустился перед нею на колени, подтянул к себе за попку, раздвигая одновременно ее малоспособные к сопротивлению ноги, подтянул до самого края сидения, так, что голова соскользнула по спинке вниз и она оказалась в полулежачем положении с широко расставленными ногами и выпяченным вперед треугольником трусиков.

Она попыталась оттолкнуть его голову руками, но силы были явно неравными, и он прильнул губами к тонкой ткани, ощущая под нею раскрывшуюся выемку. Она все еще продолжала молчаливые отталкивания, но они еще больше раззадорили его, и он оттянул трусики в сторону и впился в горячую обнаженную женскую плоть, расшевеливая ее дрожащим от возбуждения языком и соскальзывая все ниже и ниже, к открывающемуся навстречу ему отверстию.

- Не надо, Витенька… Зачем?.. Зачем?.. - стала задыхаться собственным шепотом она. - Ира, Ира сейчас вернется… Оставь меня.