\

Которые не побрезгуют вытащить наши трупики на улицу и занять прекрасно насиженное местечко."

"Так что мы уже потихоньку зазывали к себе соседей, наиболее полезных на наш взгляд. По крайней мере, кого знали. Даже тот же старший прапорщик Попов, возжелал разместиться у нас. Его подопечные уже полным составом влились в группу Сапога, значительно усилив ее, а самому старшине места не нашлось. Он был слишком потаскан жизнью и травмирован, чтобы скакать сайгаком по квартирам, гоняя бандитов. При этом опыт командировок в составе штурмовых групп ЧВК, просто так не забывался, так что все, чем сейчас занимался Попов, это готовил личный состав ополчения и всех не равнодушных, кто решил встать под знамена «Заводских». Конечно же, у него имелась своя каптерка, как и положено старшине, но спать все же лучше на полноценной мягкой кровати, нежели на жестких скамейках, вытащенных из заводской раздевалки. Поэтому, он в последние дни все чаще зависал у нас. Вот и сейчас, следом за нашим доктором и доброй бабушкой, прибежал Попов, что примечательно, с автоматом наготове, в отличии от Андрюхи, который пришел на крик ребенка лишь с кожаной кобурой. Да, она конечно не пустая и по моему наставлению, в ней у доктора лежит Пистолет Макарова, но как и положено прилежному офицеру, никогда толком не стрелявшему. Кобура смещена на задницу и застегнута на все имеющиеся хлястики, чтобы наверняка не расстегнулась и оружие не потерялось.

Надо будет все таки его пропесочить за такую халатность. Главное только прикладом в челюсть от Попова не получить. А то у старшины больно дикий нрав. Зарядит в хлебало и потом только спросит, кто такой. Впрочем, оно и правильно. Сейчас не то время, чтоб любезничать.

— Старый, это тебя где так⁈ — возмутился Андрей, хватая меня под руку и затаскивая в ванную. Я как-то и не заметил, сколько с меня кровищи натекло. Да и одежда запылилась.

Пока Сергеич с Вячеславовна раздевали меня, Попов полностью изъял все мое вооружение, после чего осмотрел и понес чистить. Все же, он понимает куда лучше чем гражданские, что после боя, оружие нуждается в уходе. Особенно такое древнее, как карабин Симонова.

— Господи, Сергей Ефимович, что с вами случилось⁈ — охнула Миланка, заглянув к нам в ванную, видать сначала Машеньку успокаивала. Эх и как невовремя заглянула, я тут весь такой герой-любовник, немощный и дряблый, да в кровище залившей рожу, уже и не вижу почти ничего одним глазом. Сижу, значится на табуретке, мне Сергеич лицо умывает смоченным полотенцем, пока Вячеславовна рядом хлопочет с тазиками заполненными теплой водой, и как раз Виноградова заходит, в своей кофте футболке, что в груди прямо таки выпирает. Даже как-то странно, еще и джинсы в обтяжку.