\

 — А ещё… вам обязательно нужно полетать на драконе. Вдруг это станет новым крючком для памяти?

— Мэтр… — К удивлению волшебницы, Минерва опустила глаза и сжала губы. — Я… на самом деле не знаю, стоит ли… это делать.

— Что? — не поняла Роза.

— Возвращать мне память. — Рыцарь переступила с ноги на ногу, погладила двумя пальцами клинок шпаги. — Там ведь… случилось что-то плохое, да? Что-то очень плохое. Такое плохое, что я сломалась. Теперь я этого не помню — может, и к лучшему? Я могу начать сначала. Со мной Марий, вы, госпожа Жанна. Я не забыла, как пользоваться ложкой и читать. Зачем мне ещё что-то?

— Но вы должны… — Роза осеклась. А что должна Минерва? Вспомнить последний свой бой возле портала в иной мир? И, возможно, ещё раз сломаться после этого, уже навсегда? — Я… тоже не знаю, миледи. Это нужно обдумать. — Она вновь заставила себя улыбнуться. — Однако полетать на драконе вам в любом случае стоит. Жабка-то вас помнит с детства, насколько я понимаю. Вот и возобновите знакомство. Жанна?

— Да, госпожа?

— Наставница хочет меня видеть. Я пойду к ней, а ты проводи донну Минерву к дракошне. Марий с Жабкой вроде уже вернулись с облёта. Миледи обязана хотя бы раз обнять и погладить дракона.

— Вы пойдёте одна? — насупилась воительница.

— Да, Жанна. — Роза вздохнула. — К своей наставнице я пойду одна. Но ты можешь подойти позже, когда закончишь с донной. Если вдруг что, отомстишь за меня.

— Это я умею, — согласилась гвардеец, хотя вид у неё был весьма недовольный. Может, шутить про месть не следовало — Роза совсем забыла, что у её подруги есть больные места. Она тронула воительницу за плечо, и та в ответ кивнула, показывая, что принимает безмолвное извинение."

"Донна Виттория обустроилась немногим хуже маршала, заняв в деревне добротный каменный дом. Оставленного хозяевами убранства некромагу оказалось мало, так что по её приказу в дом перенесли кое-какую мебель из жилища старосты, стены задрапировали тканью, пол укрыли толстыми коврами. Теперь наставница Розы жила и трудилась в относительном уюте. Юную волшебницу встретил всё тот же Лука. Лысый орангутанг открыл девушке дверь и изобразил комичный полупоклон. Принял у неё тёплый плащ, повесил на крючок, пока девушка шаркала подошвами сапог по тряпке на полу. Из прихожей Роза попала сразу в главную комнату — кроме закутка спальни, она в доме была единственной. Посреди овального зала умещались два стола — дубовый, оставшийся от прошлых хозяев, и складной, прежде стоявший в шатре некромага. За последним и восседала рыжая донна, перебирая стопку бумаг.

— Добрый день, миледи, — приветствовала её Роза от порога.

— Добрый, моя дорогая, — рассеянно отозвалась некромаг.