\

А через мгновение аж задохнулся от желания рвануть в храм Всех Богов и попробовать дотянуться до матушки через камень, который она использовала для передачи Посмертного Дара.

Да, я понимал, что это невозможно. Но только лишь разумом. А сердце требовало собираться и ехать. И я пошел ему навстречу – убрал контейнер в карман, несколькими скачками допрыгал до спальни, с порога переместился к кровати и присел рядом с Ладой:

– Рыжи-ик, я собираюсь выехать в го-…

– Я с тобой… – выдохнула она еще до того, как открыла глаза. Потом вслушалась в мои эмоции, нахмурилась, выяснила мотивы этого желания, откинула одеяло и села: – Все правильно, ехать надо. Мы будем готовы минут через двадцать.

– Мы? – эхом повторил я.

– Угу! – кивнула она, выстреливая собой к двери. – Ольга, Наталья и Александра обрели Знаки, значит, наверняка захотят справить требу Макоши к новым покровителям. А Рюриковна задолжала богам море благодарности за возвращение здоровья, второй молодости и Дара, поэтому тоже попросится с нами. В общем, я подниму всю толпу, а ты предупреди телохранителей.

Слово «треба» и список покровителей, мгновенно всплывший в памяти, заставили подобраться. Почему? Да потому, что каждый из богов требовал своего подношения. Макошь – Силу, Чур – кутью, Жива – красивые ленты, собственноручно испеченный хлеб, венки или пшенную кашу, Белобог – украшения из серебра и золота, а Чернобог – животных черного цвета. И если жертвенных животных можно было купить возле храма, то все остальное надо было приобретать или готовить самим. Причем в двух экземплярах, ведь по храмовым законам четыре из пяти женщин считались моими, а значит, я был обязан справлять требу вместе с ними.

В двадцать минут мы, конечно же, не уложились, ибо вкладывали душу в создание или покупку будущих подношений. Да, все, включая Тучку – пока Умница-Разумница варила кутью, эта особа провисела на сетевой страничке храма, выбирая самых красивых козлят. Впрочем, в эту субботу потеря времени никого не волновала, ведь легли мы в районе пяти утра, встали ближе к одиннадцати, а тренироваться не планировали вообще, ибо устали от общения с Императором так, что не передать словами. В результате в гараж спустились в двенадцать с минутами, поздоровались с заждавшимися телохранителями и пошли к своему «Горынычу». А во время посадки я вспомнил о контейнере, забытом в других штанах.

Туда-обратно сбегал за считанные минуты, снова запрыгнул за руль, захлопнул дверь и выключил музыку:

– Дамы, минуточку внимания! Я любуюсь вами каждый божий день и каждый божий день испытываю одни и те же эмоции – сначала изумление, затем восхищение, толику гордости и… досаду.