\

Девушка осторожно дотронулась до места перелома, зашипела от боли и последовала моему совету. А я продолжил говорить:

— О нашем отношении к подобным личностям вы наверняка слышали. Но передо мной и моими подругами эти парни пока еще ни в чем не провинились.

Скуластая врубилась в намек с полпинка и хищно ухмыльнулась:

— …зато они предельно понятно описали свои планы в отношении нас и даже пытались реализовать обещания. Таким образом, мы имеем полное право воздать сторицей за изнасилования, не состоявшиеся только благодаря вам!

Я едва заметно кивнул, дав понять, что надеялся услышать именно это, и вдохновленная девица развила свою мысль:

— К сожалению, квалификация и добросовестность целителей Академии гарантированно сократит главную составляющую воспитательного процесса — длительность наказания — до жалких двух-трех дней, поэтому мы просим вас о помощи. Яромир Глебович, приложите, пожалуйста, будущих скопцов тем самым навыком, который усложняет лечебные воздействия!

— С остальным справитесь? — спросил я, дождался слитного «Да!!!» и не удержался от шутки: — Что ж, тогда осталось разобраться с Самой Главной Проблемой. В смысле, не передраться из-за необходимости честно поделить десятерых «пациентов» на вас шестерых.

— Не передеремся! — хохотнула коротко стриженая особа с восхитительно красивым и породистым лицом, ростом за метр девяносто и катастрофической нехваткой объемов в районе груди. — Выделим по одной тушке парням, а сами оскопим по две. На мой взгляд, это будет справедливо…

…Полтора месяца активного участия в Большой Студенческой Войне избавили первокурсников от излишнего гуманизма, поэтому одолженными ножами они орудовали более чем уверенно. Впрочем, излишней жестокости я не заметил даже у девушек. Хотя они, чудом избежавшие насилия, запросто могли сорваться с нарезки. Говоря иными словами, во время воздаяния каждая мстительница придерживалась принципа «необходимо и достаточно», то есть, отрезать — отрезала, прижигать — прижигала или просила помощи у тех, у кого имелся соответствующий навык, но относилась к процессу, как к крайне неприятному делу, которое, тем не менее, надо было закончить. Такой подход к мероприятию согрел душу всем «Фениксам», включая Олю с Софьей.

Увы, наслаждаться этим ощущением удавалось не так уж и долго: сразу после завершения не самого приятного занятия на свете группа один-четыре в знак благодарности за спасение и помощь пригласила нас в «Апельсин». Посидеть в каком-нибудь ресторане, поужинать и познакомиться поближе. Да, теоретически я мог отказаться, то есть, сослаться на какие-нибудь дела, вернуться в коттедж, перекусить в компании своих дам и заняться подготовкой к запланированному выходу в свет.