\

Но это было бы нерационально, ведь чуть менее, чем за месяц мы, Нестеровы, успели обзавестись слишком уж большим количеством влиятельных врагов, а эти ребята, по утверждению Софьи, могли стать если не друзьями, то, хотя бы, союзниками.

Кстати, будущее моего рода беспокоило Рюриковну как бы не больше, чем нас, так что во время планирования этой «боевой операции» она предельно добросовестно описала наиболее вероятные варианты реакции группы один-четыре на нашу помощь и категорически запретила игнорировать какие-либо шаги навстречу. А после того, как услышала предложение скуластой, скинула в канал «Фениксов» одно-единственное слово, выделенное жирным шрифтом и подчеркнутое добрым десятком восклицательных знаков:

«Соглашайся!!!!!!!!!!»

Пришлось наступать на горло собственной песне. Впрочем, настроение ухудшилось не так уж и сильно: я, как ни старался, не видел в этих ребятах ни гнили, ни расчета и понимал, что без союзников нам действительно никуда."

"В общем, все «левые» мысли задвинулись куда подальше сами собой, и я пообещал, что мы нарисуемся у центрального входа в «Апельсин» максимум через полчаса. Хотя нам такой временной зазор не требовался.

Члены группы один-четыре, изгваздавшиеся в крови с ног до головы и пропахшие тошнотворным ароматом паленой плоти, приняли это уточнение с благодарностью, дождались нашего исчезновения под отводом глаз и рванули приводить себя в порядок. Кстати, довольно плотным строем и в готовности к очередному нападению.

— Толковая компания… — проводив их взглядом, негромко сказала Рыжая.

— Одна из лучших на вашем курсе… — авторитетно заявила Рюриковна, подобравшаяся ко мне вплотную и вцепившаяся в предплечье. — К сожалению, оставшаяся часть группы — откровенный балласт и с вероятностью процентов девяносто отсеется еще до конца года.

— Да и Чернобог с ними! — фыркнула «пустота» голосом Оли. — Главное, что в этой шестерке имеются представители аж четырех влиятельнейших княжеских родов — Гагариных, Засекиных, Дашковых и Белосельских — а остальные не прихлебатели, а бойцы!

Я мрачно вздохнул, ибо не привык подбирать друзей по родословной, не без труда расшифровал дикую смесь чувств, появившихся в эмофоне любимой девушки, мысленно согласился с тем, что в нашей ситуации не до выпендрежа, и с небольшим запозданием ответил на ехидный вопрос Софьи «Проводим мы их или как?»:

— Могла бы и не спрашивать.

— А вдруг? Мы ж не в коттедж, а в административный корпус. Чтобы хоть немного поработать.

— А по заднице? — хором спросили «соседки», невесть с чего решившие меня защитить.

— Вы только обещаете… — обиженно вздохнула подруга Императорских кровей, лукаво стрельнула взглядом в мою сторону и, не дожидаясь реакции на подначку, сорвалась с места.