\

Пока говорил, «разбирал» завалы с активнейшей помощью Рыжей и… противодействием «соседок»: обратив внимание на алый бант, болтающийся на шее Златы, они вытащили из какого-то пакета штук семь-восемь ошейников всех цветов и размеров, а потом потребовали, чтобы мы с Ладой выбрали самый симпатичный.Я прервал начинающийся бардак двумя предложениями:— Примерку устроим после отлета «конверта»: я собираюсь познакомить Злату с Колуном, а лишние раздражающие факторы будут только мешать. В общем, верните ошейники в пакет, отдайте его мне и побалуйте кошку чем-нибудь вкусненьким — да, она плотно поела буквально полчаса тому назад, но благодушия и сытости много не бывает. Особенно в ее случае.Технологию знакомства я обдумывал очень добросовестно, так что все время, пока дамы баловали зверюгу вкусняшками, распределял роли. Потом загнал всю нашу компанию на борт, дал женщинам время рассесться возле двери в первый салон, обновить очищение разума, уйти в глубокий полутранс и подготовиться к одновременной активации пяти слоев воздушной пелены. Убедившись в том, что в общем эмофоне группы царят мир и спокойствие, наведался к телохранителям, приложил Алейникова всеми необходимыми навыками и вернулся обратно. Затем уселся в самое дальнее кресло, подозвал к себе «чудовище», дал себя обнюхать, посадил и обнял за могучую шею:— Злат, солнце, сейчас мы познакомим тебя с Егором Аркадьевичем. Он СВОЙ, а значит, имеет право находиться рядом с нами, обращаться к нам-любимым и даже питаться в нашей компании. Кстати, в категорию «Свой» входит не так много людей, но остальных я подведу к тебе позже…Самочка внимательно прислушивалась к тому, что я говорил, и млела от прикосновений. Когда я разрешил мужчине зайти в помещение, среагировала на шелест отодвигающейся створки и насторожилась. Но ощущаемое по связи внутреннее спокойствие и десяток повторений слова «Свой» удержали ее на месте. Кстати, телохранитель держался более чем достойно. Хотя понимал, что рискует жизнью. И пусть лицо было бледным, а взгляд горел готовностью при первом же шевелении кошки выполнить мой приказ и пропасть за дверью, самого опасного в этой ситуации — страха — не было.Я обрадовался. И сделал следующий шаг — условным жестом выдернул из полутранса Ладу и «продолжил» общение. Минуты через две подключил к разговору Нату, а через пять и Алейникова, продолжавшего стоять по стойке смирно:— И как вам наша красавица вживую?— Внушает даже не уважение, а трепет… — коротко, но искренне ответил он.Злата шевельнула ушами и покосилась на меня.— Он свой… — еще раз повторил я, выделив команду интонацией, а потом снова поймал взгляд Конвойного: — Она не только… хм… красавица, но и редкая умница. Так что привыкнет. Но для этого потребуется время.