\

Тем не менее, туранцы надували щеки еще порядка получаса, старательно изображая чрезвычайно важную деятельность и пытаясь добиться хоть каких-нибудь значимых подвижек в этом нелегком деле, а Александр Восьмой изредка делал крошечные шаги им навстречу.Мы — в смысле, «Фениксы» — в этом цирке не участвовали: Софья делала вид, что мысленно общается со Златой, а на самом деле висела в канале группы и болтала с девчонками, Ольга держала перед ней воздушную пелену и ни на миг не отрывала взгляда от потенциальных противников в своем секторе ответственности, а я «держал» своих и контролировал эмофоны Дичков.Слава всем богам, к половине первого бессмысленность продолжения общения стала понятна даже самым тупым оппонентам, и глава делегации, собравшись с духом, все-таки откланялся. В смысле, толкнул очередную речь, изобилующую восточными витиеватостями, славословиями и чрезвычайно глубокомысленными аналогиями, первым поднялся из-за стола, выполнил обязательную программу с поклонами и пожеланиями всего на свете, а потом все-таки свалил. Вместе со своей свитой, так и не сумев реализовать ни одной «домашней заготовки».Александр Восьмой провожал их «взглядом» минуты полторы-две. А когда убедился, что они продолжают удаляться по направлению к посадочной площадке Малахитового Крыла, отключился от камер, оглядел нашу сторону стола и устало усмехнулся:— Гиршасп Гилани — труп: он, по сути, крупно подставил Рушанбека, а Саидбек такого не прощает.— Назначит виновным в фактическом провале очередных переговоров и сорвет на нем злость… — подтвердил Первый Советник.Рюриковна равнодушно пожала плечами:— Минус один сильный одаренный…— Верно… — подтвердил самодержец. — А что дальше? Устроим утечку информации и, тем самым, раззвоним на весь мир о том, что Рушанбек сможет добиться твоей руки только в том случае, если в честном бою победит Яромира Глебовича или любого из ваших ирбисов?— Не-не-не! — воскликнула Мамба. — Вы его спугнете. А он мне нужен тут, в Москве.— И… зачем?— Устрою очередной неприятный сюрприз. Возможно, не один.— Понял… — вздохнул Александр Восьмой, почувствовав, что большего не услышит. — Надеюсь, что у вас все получится.— Без вариантов, государь! — хохотнул министр обороны. — С такими-то помощниками.Потом навалился грудью на край столешницы, чтобы увидеть мое лицо, и задал очень интересный вопрос:— Яромир Глебович, вы обратили внимание на плотность покровов всех членов этой делегации?Я невольно подобрался, так как мы, «Фениксы», определяли ранги противников благодаря яркости свечения покровов под обнаружением жизни, а он, мастер-«шестерка», этим навыком, скорее всего, не обладал. Ну, и не мог узнать о том, что мы видим, ни от нас, ни от Императора, ни от его наследника.