\

Мужиков обозвал молодыми, но перспективными самцами, а для Люды, Лизы и Таисии нашел самую простую аналогию — дал понять, что в моей стае они выполняют те же функции, что в его прайде — Блондинчик.— Все верно! — кивнула ближница.— Так вот, мое решение привести с собой настолько важных членов стаи было сочтено демонстрацией абсолютного доверия!— И что удивительного в этом выводе? — недоуменно нахмурилась она.Я пожал плечами:— В выводе — ничего. Меня плющит от эмоций, которыми сопровождался «показ»: ирбис в диком восторге от нынешнего уровня наших отношений, всем сердцем жаждет отплатить добром за добро, но не знает, как…"

"Глава 20

18 марта 2076 г.

…Пятый и шестой день пребывания в гостях у прайда Патриарха я провел в непосредственной близости от эпицентра магической аномалии. Само собой, не один, а в компании любимых женщин, Равиля, Златы и Мауры. При этом Ольга, Софья, Ната и Саша правили собственные энергетические системы, мы с Рыжей в два познания сути готовили меня к обретению второго контура, «хтоническое чудовище» безостановочно обновляло усиление на всех шестерых, а остальные ирбисы обеспечивали нашу безопасность.

Медитировали в обычном режиме, то есть, в полутрансе, субъективно растягивающими время, поэтому каждые три «реальных» часа вываливались в реальность и морально отдыхали от до смерти надоевших манипуляций. Тем не менее, к тому времени, когда мне удалось прорваться в следующий ранг, задолбались так, что не передать словами. Однако требовать немедленного возвращения в логово, в Новоалексеевку или в Москву никому и в голову не пришло — женщины на протяжении добрых двух часов рвали меня на части, заставляя описывать малейшие нюансы самочувствия, поведения Силы, восприятия окружающего мира и так далее.

Свою лепту в этот бардак вносили и Дички. И пусть без помощи филина или совушки разобраться во всех причинах их чрезвычайно эмоционального поведения не представлялось возможным, самое главное мы все-таки уяснили — в их понимании второй контур могли обрести только самые старые, опытные и невероятно удачливые звери или птицы, а значит я, «котенок», совершил нечто невозможное! Хотя вру: ничуть не хуже ощущались и другие чувства — гордость за меня-«неразумного», искренний восторг (у младшей кошечки) и удовлетворение (у старших).

Откровенно говоря, как следует поэкспериментировать хотелось и мне.