\

Причем втайне от всех остальных «двуногих», включая ближний круг.

Как ни странно, объяснять мотивы этого решения не пришлось — совушка дала понять, что считает это логичным, потом «сообщила», что гордится дружбой со столь талантливым человеком, и с удвоенным энтузиазмом продолжила доклад. Причем самое главное — результаты инспекции — показала только в самой последней серии мыслеобразов, заставив меня подобраться и на всякий случай перепроверить свои выводы.

Вторая серия мыслеобразов была еще более конкретной и «отдавала» весельем. Желание повредничать появилось и у меня, поэтому, вернувшись в реальность, я хмуро оглядел супруг и родичей, задумчиво потер подбородок и заявил, что отлучусь эдак на час-полтора по очень важному делу.

Знак Макоши обжег руку сразу пятью вспышками любопытства, но я «не обратил внимания» на безмолвную просьбу супруг, пересадил Снежану на мат и поднялся на ноги. Затем сообщил ей, что готов начать движение, и рванул следом за птицей, вылетевшей в «коридор».

До опушки леса, показанной в одном из мыслеобразов, допрыгал минут за пятнадцать, задвинул куда подальше восхищение длиной «обновленных» скачков, остановился у ствола приметной сосны, в кроне которой притаился потенциальный соратник, и вскрылся.

Я почесал затылок, влез в пространственный карман, позаимствовал из стратегических запасов личных вкусняшек крылатых менталистов грамм сто фундука и половину тушки зайца-беляка, постелил на снег мат для медитаций, сел, выставил перед собой пищевой контейнер с угощением и сдвинул к локтю левый рукав, чтобы показать Дичку Знак Макоши.

Не знаю, что из вышеперечисленного оказалось тем самым «последним аргументом», но силуэт длиной, эдак, сантиметров семьдесят в мгновение ока слетел по стволу, перепрыгнул на мат, встал на задние лапки и уставился мне в глаза. Родичей этого обитателя Дикого Леса я видел не одну сотню раз, так что вспомнил о мечтах Саши и невольно улыбнулся:

— Доброй ночи. Не знаю, как далеко ты живешь, но по дороге наверняка проголодался. Дичь, можно сказать, свежая, да и орешки не чета тем, которые, быть может, еще остались в твоих ухоронках.

Соболь, под сумеречным зрением показавшийся мне угольно-черным, забавно повел носиком, изумленно оглядел яства, появившиеся из ничего, а затем наткнулся взглядом на мою татуировку, издал какой-то странный звук и посмотрел на Снежану.

Птица насмешливо заухала, спланировала с плеча на мат, допрыгала до фундука и с наслаждением схомячила пару ядрышек."

"— Есть хочешь? — мысленно обозвав себя придурком, запоздало спросил я, получил утвердительный ответ и вручил ей контейнер с кусками тушки речного угря.