\

Эти же…

Интересно, зачем вообще вместо тех Чернокнижник поставил эти?

Гладкие, неоправданно длинные стволы и до смешного маленький калибр… Некоторые легкие бомбарды в обозе Дипольда — и те метали каменные шары посолиднее. А уж кованные из толстых железных полос, скрепленные прочными ребристыми кольцами тяжелые жерластые орудия!.. А уж «Кунигунда», в устрашающий зев которой ядро приходится не вкладывать — вкатывать, да в несколько рук, да рычагами, да по специальному помосту!.. Удар такого снаряда не выдержит ни крепостная стена, ни броня стального голема. А какой вред способны нанести неказистые длиннорылые орудия оберландцев?

Нелепые, одинаковые, словно по одной форме литые, вражеские бомбарды густо торчали из надвратных бойниц и меж массивных крепостных зубцов. Судя по всему, на этот участок стены крепостные пушки перетащили со всего замка. Но что толку, если вся их огневая мощь не стоит одного разрушительного плевка «Кунигунды»?!

Впрочем, если тут замешана магия…

Дипольд постарался отогнать неприятные мысли. Едва ли существует колдовство, способное в полете вырастить из малого снаряда большой и придать ему дополнительную скорость. К тому же никакой магиер попросту не уследит за выпущенным ядром, а значит, не сможет им управлять. Да и сотворить мало-мальски эффективное заклинание прежде, чем снаряд достигнет цели, не в человеческих силах.

ГЛАВА 14

Оберландский маркграф и прагсбургский магиер наблюдали за передвижением вражеских войск с надвратной площадки. Альфред был облачен в полный боевой доспех. Лебиус, как обычно, кутался в магиерский балахон, прикрывая лицо широким куколем с двумя смотровыми прорезями. За спиной колдуна маячили фигуры неотступных стражей с обнаженными мечами."

"Из широких артиллерийских бойниц на осаждающих смотрели новые длинноствольные орудия. «Змеи», как с легкой руки Лебиуса их именовали бомбардиры маркграфа. Подле лафетов аккуратными пирамидками лежали тщательно рассортированные снаряды. Небольшие — двумя ладонями обхватить можно — гладкие чугунные шары в свинцовой оболочке. Тяжелые литые цельные ядра и пустотелые гранатусы, помеченые красной, белой, темно-синей или зеленой краской. У этих из деревянных пробок-заглушек торчали фитили — толстые, короткие, с алхимической пропиткой, воспламеняющейся от малейшей искры. Такие даже поджигать не нужно — такие в момент выстрела вспыхивают сами и лишь сильнее разгораются в полете.

Каждый фитильный снаряд представлял собой сосуд с утрамбованной смертью. Что именно, какая адская смесь упрятана за тонкими округлыми стенками, не знал никто, кроме Лебиуса и его разупокоенных мертвецов-помощников, что изготовляли и начиняли ядра в замковых мастераториях.