\

Что ж, охотники были умны.

Борису вдруг захотелось смеяться. Хохотать — безумно и дико.

Он вспомнил, как группа Стольника напала на отдаленный маленький хуторок и набила свои тресовозки свободными гражданами. Так почему бы другой группе — более сильной, многочисленной и наглой, облеченной большей властью и большими правами — не поступить так же с чванливым и разжиревшим областным центром?

Где-то за колизеем слышались выстрелы и гремели взрывы. Перестрелка шла нешуточная, причем там стреляли боевыми. Стрекотали автоматные очереди. А вот ударил тяжелый пулемет. Бабахнул мощный заряд — не граната, а уж скорее ракета.

Кто-то пытался сопротивляться. Но, похоже, на город навалились основательно. И не только силами двух вертушек. А интересно, какими силами?

Ладно, это все — потом. Все ответы на все вопросы найдутся позже! Сейчас это не важно. Сейчас важно выжить самому. Выжить и спастись.

Борис старался не шевелиться и не высовываться из-под тела-щита, навалившегося сверху. Прежде чем что-либо предпринимать, следовало дождаться благоприятного момента. Пока такого момента не было.

Неподалеку затаилась чернявая. Живая и невредимая, между прочим. Сообразительная девчонка тоже вовремя забилась под мертвые тела. Успела спрятаться под Георгием и его противником. И теперь притихла, как мышь. Что ж, пока ее можно не опасаться. Вряд ли девчонка рискнет высунуться.

За двойным ограждением лежали колизейские охранники. Кого-то достал газ, кого-то свалил парализатор.

Удивительно, но во всем колизее относительно безопасным местом была сейчас арена, усеянная мертвыми и умирающими гладиаторами. Натянутая поверху мелкоячеистая сетка защищала от доброй половины выпущенных из вертолетов шприц-ампул. Пара газовых снарядов, ударивших в сетку, тоже отпружинили и скатились за ограду. А снизу тяжелые клубы уже не могли проникнуть сквозь сплошной барьер из прозрачного пластика. Да и сизая пелена, медленно стекавшая с трибун, тоже пока не добралась до арены.

Зрители из первых VIP-рядов, не накрытых еще газовой атакой, ринулись к внешнему ограждению арены.

Стрельба из вертолетов усилилась.

Вот оно где, настоящее сафари! И вот где настоящее пиратство!

Впрочем, стреляли, как оказалось, не только из вертолетов.

Да! Вон там! Справа! Борис заметил, как между обезумевшими зрителями и перевернутыми столиками VIP-зоны мелькнула черная фигура. Уцелел кто-то из колизейских охранников. Молодой парень с перекошенным лицом. И с маленьким автоматиком в руках.

Парень что-то орет. Да разве ж услышишь в таком бедламе, разве разберешь — что?! Матерится, наверное. И целится. Вверх. И — стреляет."

"В руках охранника дергался автомат, не предназначенный для боев с воздушными целями и снаряженный одной лишь нелеталкой.