\

Но не похоже, чтобы за контейнером охотились хэды. Слишком уж мало охотников. Двое или трое всего. И снаряга явно не хэдхантерская. Дикие? Может быть, не все так плохо? А ребятки попались настырные.

Еще один всплеск. Снова стук о крышку. Скрежет.

Кажется, их все же зацепили.

— Вот так! — раздался чей-то шепот. — Держи-держи!

Переговариваются тихо, опасливо как-то. А раз шепчутся — значит, осторожничают. Значит, скрываются. Значит, точно дикие.

— Теперь подтаскивай помалу!

Сильно качнуло. Очень сильно — чуть не перевернуло.

— Да аккуратнее, мать твою! Аккуратнее! Погоди, дай помогу.

Опять — стук и скрежет. Глухой удар. Похоже, о берег.

— Я же говорил — гробяра, а ты не верил, — чей-то приглушенный, но возбужденный голос. — Глянь — похоронная табличка, все как положено. Верняк — гроб!

— Да вижу-вижу. Далеко же его унесло… Ящики из города сюда редко доплывают. Ладно, хватай с того края.

— У-у-у, тяжеленный зараза! Что ж там за туша-то?!

Чьи-то проворные руки тащат контейнер из воды.

Прочное пластиковое днище царапает землю, шуршит по траве. Контейнер раскачивают, кантуют. Вправо-влево. И — вперед. Вправо-влево. И — вперед…

— Всё, нормалёк!

Контейнер наконец оставили в покое. Осматривают, похоже."

"Борис напрягся. Нужно было выбрать, как действовать дальше. Вступать в переговоры и решить дело миром или сначала попытаться уложить «рыбаков» мордой в землю, а разговорчики разговаривать после. А то ведь неизвестно еще, как они отреагируют на мирную инициативу. Эх, жаль, чернявая в отключке. Она бы нашла с дикарями общий язык. Наверное, нашла бы… У Наташки опыт в этом деле имеется. А вот Борис таким опытом, увы, пока не обладал.

— Гля, сколько трещин на крышке, — услышал он. — Побило-то гробик нехило.

— Угу. Как только он не утонул!

Кто-то шумно втянул носом воздух над самой крышкой. Кажется — будто над ухом.

Удивленное:

— А ведь не пахнет вроде…

Довольное:

— И хорошо. Свежий покойничек, значит. Не протух еще. Вкуснее будет.

«Вкуснее»? Что за хрень?! Борису сделалось не по себе. Надежда на мирные переговоры рассеивалась как дым. Их что же, каннибалы какие-то выловили? Или это шутка такая? Тупая…

— Ну так че, вскрываем консерву?

Нет, видимо, не шутка. Разговорчики, доносившиеся снаружи, нравились Борису все меньше. Неужели эти дикари в самом деле готовы сожрать труп из гроба?

— Валяй. Открывай.

Под крышку вошел заточенный металлический штырь. Борис, спасая глаза, откинул голову назад. Лег затылком на мокрый пластик. Замер. Штырь провернулся. Крышка поддалась. И наверное, поддалась легче, чем ожидалось.

— Оба-на! А тут уже открыто. — В голосе говорившего прозвучало изумление на грани шока.

А крышка контейнера немного сдвинулась.