\

Ну да, Корень ведь уже ясно дал понять: кто не с нами, тот против нас…

— Зато ни кашанцы, ни милорютинцы теперь тресами не станут, — повернувшись к Борису и Наташке, резюмировал старшой егерей. — Мертвяков в тресы не берут.

Он снова перевел взгляд на пленника:

— Ну а крылощевские — это кто такие?

— Это наши, — сник Очко. — Я из них. Был…"

"— Из клана выгнали, что ли? — презрительно фыркнул Корень. — Натворил чего?

Очко помотал головой.

— Нет. Попали под хэдхантерский рейд. Весь клан в тресовозках увезли. Я один только остался.

— Тьфу ты! — в сердцах сплюнул Корень. — И много вас было?

— С полсотни.

— Полсотни тресов! — Корень неодобрительно прицокнул — Мать вашу! Лучше бы Союз до вас раньше добрался!

Очко вскинул было голову, но возражать не стал. А судя по всему, хотелось…

— Значит, в стайку сбились? — продолжал допрос Корень. — Людоедничаете? Трупожорствуете? Сами но себе, типа? Шакальничать порешили, да? Самым легким путем пошли?

Очко молчал. А что он мог сказать?

— Дай-ка угадаю… Из буферки двинули, потому что Союза боялись. А здесь, думали, авось пронесет, да? Думали, если на пятнистых нарветесь, хэды убивать все равно не станут? Думали, лучше в тресы, чем в могилу? Корень словно специально накручивал себя. Голова пленника втягивалась в плечи.

— Ну что молчишь, Очко? Куда язык засунул?

Пленник снова не ответил. Корень шумно выдохнул и задал совсем уж неожиданный вопрос:

— Кем раньше был?

— Кто? — Людоед поднял на него удивленные глаза. — Я?

— Ты.

— Когда раньше?

— До кризисов.

— Менеджер, — растерянно пробормотал Очко.

Корень усмехнулся.

— Менеджер? Ну и что же ты делал, менеджер?

— В каком смысле?

— В прямом. Чем занимался?

— Ну… — Глаза парня затравленно бегали. Он явно не понимал, к чему затеян этот странный разговор.

— Ну?! — поторопил Корень.

— Ну… — пленник пожал плечами, — офис…

Корень вздохнул. Опять повернулся к Борису и Наташке.

— Вот-вот, вся страна у нас была «ну офис». Привыкли торговать чужим барахлом, качать нефть за границу, делать бабло из ничего не стоящих бумажек, плодить бюрократов да таких вот менеджеров. «Ну офис», мать их!

Корень перевел взгляд на зашуганного каннибала. Зыркнул — как дубиной припечатал.

— Офисный планктон, да? Да, я тебя спрашиваю?!

И снова Очко не смог выдавить ни слова. Только нервно кивнул.

— Офисный планктон пожрал кита, — с ненавистью сказал Корень.

Борис удивленно посмотрел на предводителя диких. О чем это он? Об экономике, никак…

— Простейшие всегда выбирают самый простой и легкий путь, — процедил сквозь зубы Корень.

А это уже о чем-то другом…

— И теперь вот тоже выбрали, — продолжал Корень. — Человечину жрать. Вкусно, а?

Он навис над пленником. Очко был бледный, как смерть.

— Встать! — рявкнул Корень.