\

— А жизнь пятнистых между рейдами мы должны превратить в кошмар, — закончил Корень.

— Резать хэдам головы и развешивать их тела у дорог — это тоже часть вашей тактики устрашения? — спросила Наташка.

— Да, — кивнул Корень. — Вначале мы просто вешали трупы, а когда хэдхантерам начали ставить метки… В общем, их головам нашлось применение.

— Какое? — наморщила лоб Наташка. — Что такого в этих головах? Почему вы с ними так носитесь?

Корень улыбнулся: — Голова с хэдхантерскими крестами — универсальное платежное средство Союза.

— Чего? — вытаращил глаза Борис. Эва как дикарь загнул!

— «Ушастая валюта» — так мы его называем.

Судя по словам Корня, в дикарском Союзе действовало некое подобие экономического устройства, основой которого с недавних пор стали сушеные головы хэдхантеров. Расчет велся просто. Одна голова, к примеру, обеспечивала дополнительный полумесячный паек за счет Союза.

— Союз пытается, конечно, по мере возможностей прокормить всех своих членов, — пояснил Корень. — Но сами понимаете, что значит распределительная система. Рядовому бойцу и даже старшому егерской группы мало что достается. Зато «ушастая валюта» позволяет добывшему ее охотнику урвать из общих запасов свой кусок хлеба и даже намазать на него немного масла.

Как следовало из дальнейшего рассказа старшого, хэдхантерские головы давали право не только на дополнительную кормежку. За пару голов можно было пользоваться любой свободной женщиной Союза, а с небольшой доплатой (еще плюс одна голова) — взять понравившуюся подругу в жены и уже не делить ее с другими удачливыми охотниками. Хотя «валютный» курс был плавающим: в зависимости от количества пищи в общаке, свободных женщин в пределах досягаемости и добытых голов он мог меняться.

— А если эту… «ушастую валюту» приносит женщина? — поинтересовалась у Корня Наташка.

— Обычно она меняет ее на харчи, — ответил Корень и улыбнулся. — Не волнуйся, если возникнет такая потребность у симпатяги вроде тебя, проблем с мужиками не будет.

Последнее замечание не понравилось Борису, но старшой продолжил свой рассказ, и Борис цепляться к словам не стал. Он молча слушал дальше.

За три хэдхантерские головы можно было приобрести неплохой ствол и разжиться противогазом. Впрочем, тот, кто умудрился добыть «трешку», сам обычно предлагал на обмен и продажу трофейное оружие, снаряжение и боеприпасы.

Пять голов даже пришлому чужаку без клана, роду и племени гарантировали полноправное членство в Союзе и привилегированный доступ к общаку. «Пятера» была своеобразным аналогом гринкард, обеспечивавшим любому бродяге гражданство в преуспевающем дикарском обществе. Разумеется, если голова обладателя «пятеры» не была украшена хэдхантерской татуировкой.