\

Федеральный Полномочный Посол и Военный Глава Ростовска по-прежнему скалился вполне дружелюбно. И оружия в его руках не было.

Кожин стоял рядом с операторами — на расстоянии вытянутой руки. Один стоял, без охраны. Что бы это значило?

— Пойдемте-пойдемте, друзья мои.

Федерал обошел машину спереди. Денис, Славка и Юла, переглянувшись, проследовали за ним. Перебрались через просевший и размытый могильный холмик (Нога Дениса чуть ли не по колено ушла в вязкую грязь и была поспешно выдернута).

Перелезли, держась за броню БТРа через разбитый памятник (Белый мрамор. Отколотая голова. Отбитые крылья. Ангел что ли?), через поверженный каменный крест (Черный мрамор. Треснувшее основание. Выщербленная верхушка. Стертое изображение в центре. Надпись? Или фото? Или то и другое?)

И могила, и памятник, и крест — все это было впечатано колесами в кладбищенскую землю. Плотно так впечатано, основательно. Бронированный призрак, взгромоздившись на древние надгробия, словно попирал забытую память ушедших поколений. Да и вообще…

Здесь и сейчас Катафалк вообще выглядел особенно странно. Страшно. Хищно. Наверное, потому, что бронещитки на смотровых окошках подняты, а внутри горит свет, мигают диоды, мерцает экран детектора. И кажется, будто в ночи светятся не бойницы боевой машины, а прищуренные глазки чудовищной твари.

— Нас не жди, — приказал посол водителю. — Езжай на базу!

Денис не удержался — заглянул в левый глаз «катафалка». Изнутри — за баррикадой техблоков и экраном детектора движения он ведь так и не рассмотрел водилу. А вот снаружи… В тусклом свете приборной доски мелькнуло лицо…

Быть не может!

— Ночка?!

— Она самая, — усмехнулся Кожин, без прежнего, впрочем, добродушия, — но тебе теперь о ней лучше не думать, мой юный друг. Теперь она моя… Помощница.

Ревнует? Неужели?

— А думать тебе надо только о новой работе. Ее будет много. И она будет интересной.

Денису стало ясно. Все и сразу. Ну, не все, конечно, но… Вот, в общем, куда его сватала имитаторша с «Дождиком» промеж ног. Вот, на какую службу вербовала. И вот какие большие люди им интересовались. Не из мэрии-комендатуры — из посольства. И не люди даже, а один человек. Зато уж какой бо-о-о-льшой!

Только при чем тут Старое кладбище?

Забухтел мотор. Тихонько, почти неслышно: у федералов хорошими глушителями снабжены не только стволы. Бронемашина с приоткрытыми окошками-глазками попятилась назад. Развернулась…

Широкие протекторы БТРа сдвинули поваленные надгробия, вспахали размытую могилу. Под колесами шевельнулся потревоженный слой чернозема. Обнажилась труха истлевшего гроба. Или обломок раздавленной кости.

* * *Катафалк давно скрылся из виду, а четверо живых все шли и шли по царству мертвых. Кожин, похоже, чувствовал себя здесь как дома.