\

Мозгам нужна подсказка.

— Кто, Юль?

Юлька нервно хихикнула. Потом смех стал громче, безумнее.

Смеяться так она могла долго. Пришлось поторопить события.

— Извини.

Шлеп! Денис отвесил девушке звонкую пощечину. Помогло.

— Там… в спальне… рабочий ма-а-а… жмур там, короче.

Ах, вот оно как! Юла выбрала для своего мертвого подопечного, опаздывающего на базу, самое безопасное и надежное укрытие, какое только знала. Собственную квартиру.

Денис представил, как она открывает двери. В пустом подъезде. В квартире. Заводит ходячего мертвяка на лестничную клетку, потом — в прихожую, потом — в кабинет… Как видит на мониторе саму себя за компом, зафиксированную скрытыми камерами жмура. А над монитором — мертвый взгляд из смотровой прорези черной маски.

Потом уводит «гостя» с глаз долой. В спальню.

Разумеется, делить кров с покойником, неприятно. Но, наверное, не настолько, чтобы горстями глотать успокоительное, закатывать истерики и валить в кучу всю мебель. Да и Юлька после учебного курса «Мертвого рая» — уже ведь не та впечатлительная абитуриенточка медуниверситета, что шугалась от трупов.

— Юля, постарайся понять, — начал Денис вкрадчиво, тихо и мягко — так взрослые успокаивают напуганных детей, — он мертв и не сможет причинить тебе вреда. Ты ведь сама им управляешь, заставляешь ходить, ползать, бегать и…

Юла улыбнулась. Странной-престранной улыбкой. («Вот так люди и сходят с ума», — печально подумал Денис.)

И ответила — еще тише, еще мягче, еще вкрадчивей:

— Нет, День, он не мертв. Не совсем мертв. Он жил, когда я отключила его от компа. Точнее, вел себя как живой, который изо всех сил старается выглядеть мертвым. Это трудно объяснить, но это так.

Что? Что за бред?!

— Он живет, понимаешь. Чуть-чуть живет, немного. Или имитирует жизнь. Симулирует…

Симулировать жизнь? Как это, интересно?

— Тихую, такую, знаешь, почти незаметную, но жизнь. Слушай, вот сейчас. Вот… вот…

* * *Смешно, но Денис невольно покосился на Юлькин моноблок. Вырублен на все сто. Индикатора погашены. Да что там индикаторы! Прямо на столе лежит вилка, вырванная из розетки. И плоские квадратики аккумуляторов, вынутые из компьютерного чрева.

Юла молчала. Прислушивалась к чему-то. К чему? К голосам, к слуховым глюкам, лишь одной ей ведомым?

Ладно, Юлечка, если тебе так хочется, давай послушаем немного тишину пустой квартиры. Тишина, ти-ши-на… И в не — тишине этой (могильной? замогильной?) — шорох. Из Юлькиной спальни, из-за нелепой баррикады. Денис сглотнул. Точно! Отчетливый шорох. А еще — вздох. Или стон.

Шокированный мозг отчаянно искал хоть какое-то рациональное объяснение необъяснимого феномена.

Что? Это? Может? Быть?

А найдя — вцарапывался в спасительную соломинку.