\

Туда и направлялись зеленокожие.

Дикари избрали для ночлега просторный подвал, больше похожий на заваленный блиндаж. Двое разведчиков тщательно осмотрели убежище и, не обнаружив в нем ничего опасного, позвали остальных.

Узкий вход, в который едва-едва протиснулись быкони, дикари закрыли массивной плитой, подперли изнутри обломком железобетонной сваи и присыпали мусором. В дальнем углу бетонные перекрытия потрескались и искрошились. Через небольшие отверстия-проломы, забранные ржавой арматурой, в подвал попадал свежий воздух, но не мог проникнуть крупный хищник.

Как показалось Виктору, место было проверенным и уже неоднократно использовалось зеленокожими в качестве временного схрона и перевалочной базы. Впрочем, он мог ошибаться.

Дикари почти не разговаривали друг с другом и костра не разжигали. Но огонь все же добыли. Причем обошлись без кремня и кресала. Потерев деревянную палочку в деревянной же колодке с выемкой, обложенной сухим мхом, зеленокожие запалили длинный фитиль — тонкую туго сплетенную и обмазанную чем-то жирным и липким веревочку. Фитилек горел медленно и слабо, сильно вонял и почти не давал света.

Виктор даже усомнился: а ради ли освещения вообще тлеет этот дикарский «светильник»? Может быть, его главное предназначение заключается в том, чтобы отбить зловонным дымом запах, который мог бы привлечь хищников. Или это начало ритуала жертвоприношения?

Пленников не стали избавлять от моховых пут, но вынули кляпы, дали отплеваться горькой слюной, позволили сделать несколько глотков грязной неприятно пахнущей воды из кожаного мешочка-фляги и сунули в рот по куску сухого отвратного на вкус вяленого мяса.

Стараясь не думать о том, чье это было мясо, Виктор принялся разжевывать жесткие волокна. Пока он жив, нужны были силы: мысль о побеге не давала покоя. Рядом угрюмо грызли свою пайку А-Ка и Костоправ. Значит, тоже еще не утратили надежду.

Когда мясо было съедено, послышался шепот Костоправа:

— Слышите, мужики, если эти уроды уснут первыми…

Договорить лекарю не дали.

К пленникам подскочил дикарь. Со злобным шипением мутант продемонстрировал дубинку в одной руке и осточертевший травяной кляп в другой.

Понятно. Лучше пока помолчать. Виктор и А-Ка не проронили ни слова. Костоправ тоже решил не нарываться.

А котловая ночь жила своей жизнью. Где-то неподалеку раздавались чьи-то вскрики, уханье и вой. Кто-то попытался скрестись в бетонную плиту, загораживавшую вход, но не добился результата. Потом другая тварь покрупнее несколько раз стукнула в плиту и навалилась на нее своим немалым весом. Даже чуть сдвинула преграду, но тоже не смогла пробраться в подвал и, разочарованно рыкнув, удалилась в неизвестном направлении.