\

Вот! Нашел! Пальцы сжались на грубой мешковине.

Виктор потянул живой дергающийся тюк по дровяному завалу.

Страх и отчаяние придали сил. Огонь подстегнул сильнее, чем бич африканского работорговца.

Снова стена пламени. Пронзительный вопль в мешке.

Виктор вывалился из огня прямо в руки Костоправа и А-Ка. Туго увязанный мешок тлел и бился, как жирный червь, насаживаемый на рыболовный крючок. Одежда Виктора дымилась, волосы пахли паленым, ныла покрасневшая кожа на руках и лице, но сильных ожогов, слава Богу, не было.

А-Ка быстро сбил огонь и искры с Виктора. Костоправ затушил землей извивающийся и исходящий кашлем мешок.

— Развяжите, — кивнул на него Виктор.

Костоправ резанул трофейным мечом по прочным моховым путам, стягивавшим грубую ткань, и…

Мешок не открылся.

— Что за хрень! — лекарь склонился над тюком. — Слышь, Золотой. Тут зашито, кажись.

— Ну так режь, — велел Виктор. — Только аккуратнее.

* * *Костоправ осторожно — самым кончиком меча вспорол мешковину. Из разреза, как личинка из кокона, выполз человек.

Выползла…

— Ёперный бабай! — вытаращился Костоправ.

Девушка. Голая. Совсем.

Тощая, гибкая, с длинными худющими ногами и маленькой грудью. Взмокшие растрепанные волосы — не длинные: косы из таких точно не заплести, но и не совсем уж короткие — залепили частыми темными штрихами все лицо, так что и не понять, то ли красавица, то ли уродина вылезла из мешка. Глаза зажмурены…

Лицо вроде человеческое. И кожа — не зеленая. Обычная кожа, только исцарапанная, в синяках и кровоподтеках. Похоже, несчастной здорово досталось от рыцарей.

Девчонка снова закашлялась. Села. Закрылась, обхватив ноги руками и уткнувшись лбом в сбитые костлявые коленки.

— Спас-с-сибо, спас-с-сибо, спас-с-сибо, — часто-часто и тихо-тихо скулила освобожденная пленница Инквизиторов.

Худющие плечики тряслись и дергались в нервных всхлипах. Волосы по-прежнему закрывали лицо. Девчонка сильно дрожала то ли от холода, то ли от страха, то ли от всего пережитого. Оно и понятно: чуть заживо, бедняга, не сгорела. Не шутка…

— Прикройте ее чем-нибудь, что ли, — распорядился Виктор.

Костоправ сдернул плащ с убитого крестоносца и набросил на девушку. Та с головой укуталась в ткань с черными крестами и пятнами крови. Затем выпростала руку и указала на повозку.

— Т-т-там, — вновь послышался слабый запинающийся голос. — Там м-м-моя одежда. П-п-пожалуйста.

— Точно! — вспомнил А-Ка. — В телеге какие-то шмотки валяются.

— Ну так тащи их сюда! — поторопил Виктор.

Стрелец принес небольшой сверток и положил его возле девушки.

— Спас-с-сибо-спас-с-сибо-спас-с-сибо…

Они отошли в сторонку. Отвернулись, давая пленнице возможность переодеться без стеснения.

— Ну и что это за кот в мешке? — пробормотал А-Ка.