\

"

"Ясно: хэрсир все еще не доверяет пленникам. Боится, что русы будут стрелять не по чайкам, а по викингам.

– Мля, сир хер, дай нам оружие, ё-пэ-рэ-сэ-тэ! – взорвался Костоправ.

– «Йо-пэ-рэ-сэ-тэ»? – отстраненно пробормотал хэрсир, не отрывая взгляда от чаек. – Я не снаю такофо орушия, Хрентепе. И софут меня не «маля», а Аскел. И я не сирхер, а хэрсир.

Пернатые твари, между тем, вели себя все более агрессивно и подлетали все ближе, приноравливаясь к добыче.

– Дай нам хоть что-нибудь, Аскел, – Виктор постарался говорить спокойно и убедительно. – Зачем тебе в бою безоружные берсеркеры?

После секундного раздумья Аскел отдал короткую команду на своем языке. Какой-то дружинник вытащил из трюма и бросил пленникам четыре коротких копья.

«Ну, и на том спасибо», – подумал Виктор.

Вскоре чайки напали на судно.

* * *

Сразу несколько зубастых клювов и когтистых лап вцепилось в защитную снасть. Но сразу разорвать прочную сеть оказалось не под силу даже этим птахам. Атакующие твари запутались в ней, как в силках. Яростно забились, захлопали крыльями.

Аскел что-то выкрикнул и нажал на спусковой крючок. Пистолет-пулемет в его руках дернулся, выплюнув короткую очередь.

Видимо, это был сигнал. Бухнули самопалы. Свистнули стрелы.

Две или три стрелы пролетели мимо цели, еще пара скользнула по блестящему от жира оперению, не причинив мутантам вреда. Но большая часть пущенных снарядов все же достигла цели.

На палубу брызнула кровь, полетели непривычно белые перья, в воздухе закружился пух, похожий на снег. Пара чаек, сбитых с сети, упала в воду. Кувыркнулись на лету и рухнули вниз еще две птицы, пролетавшие возле судна. Остальные тушки – окровавленные, разорванные и утыканные стрелами, остались висеть на защитной снасти, словно диковинные гирлянды. Три или четыре раненые птицы затрепыхались в путах.

Носовые бомбарды, стволы которых торчали из сети, с оглушительным грохотом выплюнули свои заряды в мутантов, вплотную подлетевших к кораблю спереди. Крупная картечь превратила с полдесятка тварей в ошметки пернатого мяса и пуховую пелену.

Однако отпугнуть чаек не удалось. Гвалт усилился. Судно подверглось новому нападению. И снова, и еще раз. Чайки пикировали сверху, одновременно атаковали спереди, сзади и с флангов, подлетали над самой волной и неожиданно выныривали из-за бортов.

Какой-то крылатый мутант, пытавшийся зацепиться когтями за нос судна, сбил череп морского дракона. Это почему-то задело Аскела особенно сильно: хэрсир что-то завопил и длинной неэкономной очередью срезал чайку с голого корабельного носа.

Сеть не выдерживала натиска. В защитной снасти яростно бились уже десятка полтора больших сильных птиц, от чего сотрясалось все судно и угрожающе скрипела мачта. Когти и зубастые клювы рвали прочную оплетку.