\

Высокие щиты уперлись в землю и закрыли дорогу в глубь строя, пики образовали непроходимый частокол, из-за которого на врага смотрели арбалеты и самопалы. Над головами ландскнехтов заблестели лезвия алебард и двуручных мечей.

Первыми на славянский полк набросились мутанты, похожие на волкопсов и котяр. Оскаленные клыки, выпущенные когти, встопорщенная шерсть, уже перемазанная кровью. Горящие глаза, рычание, визг, рев…

Вырвавшиеся вперед звери яростно атаковали терцию.

– Стрелки – пли! – рявкнул Кошкодер."

"Грохнули самопалы, засвистели стрелы, пальнуло ружье, дал короткую – в три-четыре патрона – очередь автомат.

Виктор видел, как стоявшая рядом Костяника тоже выпустила стрелу из арбалета. Стрела была, кстати, с шипом иглоноса.

Примерно половину тварей стрелки перебили на расстоянии, остальные с разбега влетели в строй и…

И были остановлены стеной щитов, замелькавшими словно крылья ветряных мельниц двуручниками, лесом пик и дружно ударившими алебардами. Твари пробили с полдюжины неглубоких брешей в передних рядах, но сами пали все до единой, исколотые и изрубленные на куски.

– У-у-у, уш-ш-шлепки долбаные! – прошипел Костоправ.

Кого это он так, Виктор не понял. То ли погибших мутантов, то ли тех, с кем им еще предстоит иметь дело.

Бреши сомкнулись.

Первый удар ландскнехтский строй выдержал.

Второй нанесла вражеская кавалерия.

* * *Заокеанские быкони своей тупой и неукротимой яростью напомнили Виктору разъяренных секачей. Только эти монстры были гораздо, гораздо больше. Головы, клонившиеся к земле под тяжестью мощных рогов. Рога, словно руки великана, стремящегося захватить в свои смертоносные объятья побольше врагов. Сильные ноги, мелькающие с безумной скоростью. Огромные мохнатые горбы-брустверы на загривках, за которыми почти не видно пригнувшихся наездников. Разрисованные краской морды и бока.

С флангов наперерез перьеносцам ринулись Инквизиторы на быконях, однако остановить всех противников рыцари в черных крестах не смогли. Несколько вражеских всадников прорвались сквозь их ряды, опрокинув орденских братьев. Отброшенные быкони крестоносцев отлетели, словно от ударов пушечных ядер. Выбитые из седел Инквизиторы, громыхая латами, покатились по земле. Тяжелые копыта растоптали и тех, и других. Рога заокеанских мутантов покрылись красным. На заляпанные кровью ноги и бока налипла пыль. Казалось, от топота несущихся на ландскнехтов мутантов дрожит сама земля.

– Стрелки – пли! – снова заорал Кошкодер.

Те, кто не успел выстрелить раньше или успел перезарядить оружие, дали залп. Потом – еще один.

Увы, все было бесполезно. Горбатых и рогатых тварей не брали ни стрелы, ни картечь. Даже пули не валили их сразу. Даже шипы иглоносов не могли впрыснуть яд.