\

 – А как два пальца обсосать!

Только Костяника закричала вдруг совсем не радостным голосом:

– Осторожно! Впереди!

* * *"

"Из-за крутого поросшего лесом горного склона, из-за нового поворота дорожного серпантина им навстречу несся еще один заокеанский быконь с перьеносцем.

Видимо, этот всадник прикрывал тылы вражеской группы, и его появление сейчас было столь же неожиданным, сколь и нежелательным. На голове наездника покачивались пестрые перья, у седла висели какие-то красные слипшиеся тряпки, пара трофейных Инквизиторских мечей, арбалет и свернутая кольцом черная веревка или, скорее, лента. Аркан? Плеть? Виктор так и не понял.

Размахивая копьем, перьеносец гнал быконя на автоповозку. Массивная туша, огромные рога, нехилый разгон…

Виктор попытался уклониться от удара, объехать.

На этот раз не вышло.

Перьеносец испустил воинственный клич-улюлюканье. Бросил повод, сорвал с седла черную веревку-ленту, метнул через быконскую голову и снова вцепился в поводья.

Нет, никакая это не веревка! В воздухе закрутилось что-то извивающееся, плоское, похожее на петлю со множеством коротких щупалец. Живое что-то. Летящее не потому, что бросили, а само по себе.

«Еще какой-то мутант!» – Виктор успел пригнуть голову. Черная лента захлестнула пулемет, турель и Змейку. Та закричала, забилась, пытаясь освободиться.

А в следующее мгновение быконь перьеносца ударил по машине. Лоб в лоб. Рог в бампер.

Огромная, пригнутая почти к самой земле башка саданула в передок автоповозки. Удар был такой, словно машина налетела на движущийся танк. Да по большому счету боевая американская скотина и была живым рогатым танком.

В соревновании бампера-тарана и рогов заокеанского быконя победили рога. Они разворотили и бампер, и то, что находилось за ним. Вздыбился капот, отлетели передние колеса и щит, прикрывавший место возницы.

Как перьеносец удержался на быконе, для Виктора осталось загадкой. Его самого швырнуло на руль так, что, если бы не ландскнехтский нагрудник, ребра впечатались бы в позвоночник. Костянику и Костоправа выбросило из автоповозки, как из катапульты. Обоих изрядно приложило о землю, но, к счастью, копыта рогатой твари их не задели.

Змейка осталась в машине лишь потому, что черная петля затянулась, прижав свою жертву к пулеметной турели. Щупальца живой ленты облепили Стрелец-бабу, словно похотливые руки.

– Прыгай! – крикнул Виктор.

Какое там! Змейка, намертво прихваченная к турели, не могла не то что освободиться – даже шевельнуть руками. А время сейчас работало против них. Каждая секунда безвозвратно уходящего времени.

Инерция разогнавшейся массивной туши оказалась сильнее старого движка: быконь толкал автоповозку к обрыву.