\

В годы войны многие вспоминали эти строки, видя в них схожесть с происходившим. Поминают их и доселе. Но я могу смело сказать, что ни о каком пророчестве и речи не идёт. Ведь Судный День так и не наступил, а потери составили существенно больше трети населения страны…»

Королева-Чародейка, «Воспоминания», том третий.Глава 15

Деревню разграбили совсем недавно, но трупов видно не было. Едва ли мародёры озаботились похоронами, скорее селяне успели сбежать вовремя, со скотиной и частью скарба. Пара домов на окраине сгорела, но уцелевших хватило, чтобы разместить штаб, магов и госпиталь под крышей. Остальные войска устроились лагерем вокруг деревни.

Чёрная Гвардия шла быстрым маршем всю ночь и часть дня. Только когда пехота начала выбиваться из сил, маршал де Котоци скомандовал привал. Это было рискованно, однако людям требовался отдых. Кроме того, Виттория надеялась собрать побольше герцогских войск, бегущих с поля боя. Уже в пути к Гвардии примкнуло несколько рот стрелков и пикинёров, сотня лёгких всадников и даже одна пушка под командованием раненого в голову и ужасно злого усача-бомбардира. Слушая поток изрыгаемой им брани, Роза поняла, что усач со своими пушкарями пробился чуть ли не из центра лагеря, отогнав погоню картечным выстрелом."

"Но донне Виттории этого было мало. Всю конницу она разослала на поиски других выживших. Дон Марий улетел на Жабке высматривать уцелевших с воздуха. Офицеры штаба торопливо реорганизовывали войско, принимая новые отряды. Посреди всего этого Роза чувствовала себя лишней — даже в госпитале ей не нашлось работы, поскольку раненых бегущие чаще всего бросали. Вместе с Жанной девушка весь день провела в штабе, наблюдая, как к лагерю Гвардии тянутся люди — воинские отряды под знамёнами, мелкие неорганизованные группы, одиночки без лат, но при оружии. Все, кого патрули успели перехватить и направить в нужную сторону. Роты, сохранившие знамя, командиров и большую часть солдат временно приписывали к гвардейским полкам, прочих же люди маршала распределяли по уже существующим баталиям, восполняя потери. Беглецы приносили и новости — зачастую противоречащие друг другу. Но десятки сбивчивых рассказов и доклады патрулей складывались в единую картину. Мятежная армия разбита, её командиры в плену. Король Огюст пересёк реку лично, многие видели его стяг в захваченном лагере. Сильный отряд королевской конницы ушёл на юг, вглубь герцогства, остальное войско так и стоит на берегу Шаанты. Мятежники, отступившие к своей столице, обречены. А вот за двинувшейся на запад Чёрной Гвардией погони нет, не считая мелких разъездов.

— Это временно, — пробормотал маршал де Котоци, выслушав очередной доклад.