Фараон

Но бережные руки, подхватившие меня, когда я попытался встать и чуть не упал, поставили меня на ноги, а затем помогли дойти до Нила, где я помылся, а также сменил одежду, пришедшую всего за один день в полную негодность. Затем я поблагодарил госпожу Исиду за помощь, и мы расстались, отправившись каждый в своё жилище. Я быстро поел и провалился в сон от усталости.

Глава 11

— Проклятая драная кошка, — стонал я от боли во всём теле, поскольку пробуждение было не из приятных. Вчерашняя нагрузка и работа теперь болью отзывалась в каждой мышце тела, особенно сильно болели запястья, так что я с трудом мог пошевелить руками. Даже поднять их было почти невозможно, настолько болели мышцы.

— Чтобы тебя вши закусали до смерти. Лежал бы сейчас в джакузи, попивал бы морковное смузи, нет бл…ть, ебу…й древний Египет, жара, вонь и сраная деревня.

Я продолжал ругаться, пока створка полотна не отогнулась и внутрь не заглянул крайне смущённый Рехмир.

— Твоё величество? У тебя всё хорошо? — боязливо поинтересовался он.

— Нет Рехмир, — честно признался я, — я ненавижу ваш мир, это время и главное проклятую Бастет, которая меня сюда закинула.

Он смутился ещё больше."

"— Простите бог Монту, но это выше моих сил помочь вам в этой проблеме.

— Я это понимаю лучше тебя, так что помоги мне встать.

Он бережно, обняв меня, поднял на ноги, которые слегка трусили оттого, что вчера весь день на них просидел и поддерживая за плечи, повёл на выход. При виде меня ко мне тут же бросились военные, перехватывая меня у Рехмира, причём самый старший Минмос, заботливо спросил.

— Твоё величество, тебя наказала богиня Сехмет, за то, что ты вмешался в её обряды?

Я сначала не понял о чём он, а затем догадался, что они приняли моё бессилие и больной вид из-за болящих мышц, за наказание богини целительства за то, что выполнял работу, которую обычно делали только её жрецы.

— Конечно, — буркнул я, — какие-то ещё могут быть варианты.

Они понятливо переглянулись и помогли мне присесть на самодельную лавку, сделанную по моему приказу, как впрочем и стол. Уровень работы египтян по расщеплению тонких стволов акаций на доски с помощью клиньев был просто запредельным, так что пока я открыв рот смотрел за работой двух мастеров, они по моим чертежам быстро всё соорудили, не использовав при этом ни единого гвоздя, только доски и клей.

Тут я обратил внимание, что зашевелились нубийские рабы, лежащие под навесом и все, кроме сильно тяжело раненых, сели рядами на колени и стали биться лбом о землю, произнося какие-то странные слова.

— Чего это с ними? — обратился я к военным, которые через пень-колоду, но частично понимали их язык, зря что ли с ними воевали.