Город и его ненадежные стены

- Мальчик попросил передать это вам.

- Мне?

Соэда кивнула.

- Думаю, это что-то важное. Он выглядел очень серьезным.

- Но что это такое?

Соэда слегка пожала плечами, показывая, что ответа на этот вопрос она не знает. В стеклах ее очков отражалось пламя, горевшее в печи. Я взял конверт. Он был очень легким, вообще почти ничего не весил. Наверное, в нем лежали один или два листа бумаги формата А4. На самом конверте ничего написано не было. Его невесомость вызвала во мне странное напряжение. Письмо? Нет, письмо он положил бы в конверт поменьше.

- Мальчик ходит к нам уже очень давно, но раньше ничего подобного не случалось, - сказала Соэда, прищурившись, будто подчеркивая свои слова, - Я имею в виду чтобы он сам шел с кем- нибудь на контакт.

- Он все еще в библиотеке?

- Нет, отдал мне конверт и ушел.

- И попросил передать его мне, да?

- Да.

- Что именно он сказал? «Пожалуйста, передайте это новому директору библиотеки», или что- то в этом роде?"

"- Нет, он назвал ваше имя.

Я поблагодарил Соэду, и она вышла из комнаты, покачивая бедрами, обтянутыми светло­зеленой юбкой. Вид ее стройных ног еще какое-то время оставался у меня перед глазами.

Я оставил конверт лежать на столе, потому что не мог заставить себя открыть его сразу. Я чувствовал, что должен был к этому подготовиться. Как именно подготовиться, я объяснить себе не мог. Но лучше было все-таки не вскрывать конверт сразу, а сначала дать ему немного полежать. Так же, как слишком горячему блюду дают остыть прежде, чем приступать к трапезе. Это мне подсказывал мой инстинкт.

Конверт так и оставался лежать нераспечатанным на столе, пока я сидел у печи и смотрел на огонь.

Пламя было похоже на живое существо. Они будто танцевало передо мной, то вспыхивая очень ярко, то становясь едва заметным. Казалось, огонь со мной общался. Красноречиво разгораясь и внимательно угасая, он то стискивал зубы, то закатывал глаза, то крепко зажмуривался. Я внимательно наблюдал за ним в надежде, что огонь хочет сообщить мне что- то важное. Но это было не так. Он даже не пытался на что-либо намекать. Впрочем, я из-за этого не сильно расстроился. Единственное, что мне сейчас требовалось, так это чтобы время продолжало идти вперед. Я вернулся к своему столу, взял конверт и осторожно разрезал его канцелярским ножом, чтобы не повредить то, что лежало внутри. Как я и думал, в нем оказался всего один листок формата А4. Я почувствовал небольшое облегчение от того, что конверт не был пустым. Потому что, если бы он был пуст, я бы не знал, что это может означать. Я осторожно вытащил листок из конверта. На бумаге был мелкий рисунок, выполненный черными чернилами. И никакого текста. Взглянув на рисунок, я потерял дар речи.