Идеальный хищник

Не сомневаюсь, что Филипп покорил такими заходами не одну студентку филфака.

Но я-то студенткой не была.

И предметы роскоши видела не только в российских сериалах и тиктоке.

Мне было любопытно, какие еще есть козыри в рукаве у рокового соблазнителя красивых и не слишком высокоморальных московских девушек Филиппа Завадича.

Бар, к которому подъехал «Бентли», был мне знаком исключительно теоретически. Все из тех же рилсов о роскошной жизни столичных барышень. Слишком дорогие коктейли, узнаваемые места для селфи, толпы красоток в слишком легких для апреля платьях, сканирующих окружающее пространство в поисках… ну хотя бы и Филиппа.

Странно, что он не побоялся встречать меня там, стоя в полном одиночестве у дверей бывшего «Интуриста». Ну как — в одиночестве. Пока мы подъезжали, мимо Завадича успели профланировать две брюнетки и блондинка. Все — безупречного экстерьера, с одинаковым равнодушно-презрительным выражением лица. Но их язык тела буквально орал на всю Тверскую — выбери меня!

Было искушение попросить сделать еще кружочек по центру и посмотреть, как хищник будет отбиваться от агрессивной дичи. Но Филипп уже заметил нас и направился к дороге, чтобы успеть открыть мне дверцу машины в ту же секунду, как она остановилась.

Ну вот и зачем ему возиться со мной, когда тут выйдешь — и голыми руками хватай перламутровых рыбок с пухлыми губами?"

"19. В баре

Из мраморного лобби лифт выстрелил на двенадцатый этаж и распахнул двери прямо в стеклянный купол модного бара.

Почему модного?

Во-первых, бар в двух шагах от Кремля немодным быть не может.

Во-вторых, народу там было — не протолкнуться.

Багровые звезды на башнях светились прямо на уровне глаз в полутемном синем небе. И, конечно, все те же «перламутровые рыбки» не могли остановиться, снимая бесконечные рилсы с потрясающими видами. Упругие басы органик-хауса, включенного диджеем, пульсировали в груди, сливаясь с шумом голосов.

Филипп, полуобняв меня за талию, прорезал толпу так уверенно, что перед ним расступились даже те, кто выглядел куда более влиятельным и модным, чем он. Высокий столик был прямо у окна — с видом на тягучую алую полосу стоп-сигналов машин на Тверской.

— Ваш знаменитый мартини с икрой, — кивнул он официанту. — И Рэд-25 для меня. Была здесь когда-нибудь?

Он обратился ко мне практически без перехода, словно я тоже была работницей сферы услуг, которая чутко прислушивается к каждому его слову, чтобы мгновенно угодить.

Я с любопытством пялилась по сторонам, пытаясь отличить японских бизнесменов от казахстанских мажоров, а селфмейд-вуман, заглянувших расслабиться после длинного дня от охотниц на питательных мужей, чья ночь только начинается.

— Нет, — качнула я головой. — Мои «барные годы» проходили в других заведениях.