Иранская мина

Понимаешь меня?

Они выпили еще по несколько стаканчиков. Когда глаза у Смолла стали слипаться, а речь перестала быть связной, Коган уложил его на диван у стены, накрыл пледом и пошел к двери. Но тут за спиной раздался почти трезвый голос американца:

– Борис, будь осторожен. Мне кажется, британцы не прочь руками немецкой разведки свалить вашего Сталина. Не окажитесь меж двух огней.

– Что?

Коган резко обернулся, но Смолл только покрутил в воздухе пальцами и, обессиленно уронив руку себе на грудь, захрапел.

Глава 5

Шелестов сидел за столом. Перед ним красовался лист бумаги со схемой, которую он закончил сегодня утром.

Последние данные по немецкой агентуре. Одну сеть раскрыли англичане. Советская разведка подключилась на последнем этапе и выявила вот это дополнительное звено. Арестованы и находятся в разработке тридцать пять человек, включая шестерых немецких агентов. Взяли две рации. Вот эта, вторая, сильно законспирированная сеть была связана с первой. Ее удалось выявить уже самостоятельно. Восемь иранцев и трое немцев были «заморожены» на неопределенный срок, их активизировали прямо перед началом конференции. И тоже взята немецкая радиостанция.

Много неясного, много предположений, но Тегеран буквально вычищен, это свершено точно. И все же остались «хвосты». Это и ускользнувшие агенты, содержатели конспиративных квартир, и люди, причастные к устранению неугодных и опасных свидетелей. Например, садовника Мустафы. Берия уверен, что безопасность советскому посольству обеспечена, но что это значит? То, что враг не проникнет внутрь, не учинит взрыв и не отравит обед. Но есть и другие способы.

Можно использовать снайпера. Черт, да та же «трехлинейка» Мосина с хорошей оптикой позволяет совершить покушение с расстояния до полутора километров. Можно что угодно придумать, вплоть до падения самолета на здание посольства. А это значит, что надо продолжать работу в прежних темпах, нужно искать агентуру по всей стране, а не только в столице. «И правильно я сделал, что отправил Когана на юг страны, в американскую зону», – похвалил себя Шелестов.

Ходить в армейской форме с портупеей Шелестов давно отвык, так что сейчас она давила и мешала сосредоточиться.

Надо терпеть, надо играть свою роль до конца. Посольство просто кишит погонами. И сейчас появиться в гражданской одежде – значит привлечь к себе внимание."

"Шелестов встал, прошелся по комнате, поскрипывая начищенными сапогами. Услышав звук автомобильного мотора, он подошел к окну. Черная посольская машина с советскими флажками на крыльях, разворачиваясь, отъезжала от подъезда. По ступеням легко взбежал Коган, держа шляпу в руках и делая кому-то приветственный жест.