Иранская мина

И последствия могли быть такими вот безобидными вроде фантомных невротических болей, а могли и более серьезными. Буторин отмахнулся тогда, но сейчас, уставший и голодный, падая на камни, здесь, в районе городка Кума, в семидесяти километрах южнее Тегерана, ощущал боль в виске такую, будто у него заживала серьезная рана.

Юсуф опустился рядом и достал из кармана фляжку с водой. Солдаты пехотного подразделения иранской армии опускались на землю, на камни. Многие начали перематывать обмотки.

– Не пей много, – посоветовал Буторин, – а то никакой воды не напасешься. Стоит только начать лить ее в желудок, и уже не остановишься.

Ты набери глоток в рот и подержи, пусть слизистая увлажнится, ощутит влагу. Потом глотай. И так еще пару раз. Уверяю тебя, Юсуф, это поможет. И не придется бежать с полным воды желудком, чтобы она в тебе плескалась и булькала, как в аквариуме.

Короткая передышка в десять минут, и снова подразделение иранцев растянулось цепью, прочесывая местность. Командир подошел и заговорил, Юсуф, кивая, стал переводить Буторину.

– Места тут пустынные, да еще ноябрь. Пастухи видели парашюты, но в показаниях путаются, кто на север показывает, кто на восток, ближе к озеру Немек.

Командир думает, что пастухи просто путают. Неграмотные, что с них взять.

– Неграмотные, говоришь… – с сомнением покачал головой Буторин. – Какая уж тут грамотность нужна. Как раз они-то лучше нас ориентируются на местности и знают, где и что. Откуда тучи пойдут в это время года, откуда дождей ждать, а откуда суховеи подуют. Место больно удобное для высадки диверсионной группы, Юсуф. На востоке – безжизненные каменистые равнины да кустарники и озеро. А десять километров на запад – и будет магистральная развязка.

Хочешь – на Тегеран и Исфахан, хочешь – в Харремабад, а хочешь – в Хамадан. Машина ждала их, или они остановили попутку. Ищи-свищи их теперь. Нет, место грамотное, тут не поспоришь. И выбирал его тот, кто хорошо знает окрестности Тегерана. Скажи командиру, Юсуф, чтобы разворачивал цепь вон в том направлении, на северо-восток. Общее направление – вон на ту двузубую скалу с сухим деревом.

Прошло еще около часа, и редкая цепь иранских солдат дошла наконец до намеченной скалы. Только тогда один из бойцов стал кричать и показывать рукой вправо.

Буторин рысью помчался на правый фланг выяснять, что там пригрезилось немолодому солдату. Но когда он подошел к цепи, то с удовлетворением похлопал бойца по плечу. Молодец, наблюдательный. Молодой бы, может, и мимо прошел. Чуть правее, в низинке, в куче камней виднелся кусок серо-белой материи, который трепетал и развевался на ветру. Махнув рукой иранскому командиру, Буторин пошел к камням. Юсуф торопливо нагнал Виктора.

– Что это? Парашюты?

– Не знаю, – отозвался Буторин.