Избранные произведения. I том [компиляция]

— Мы должным образом оцениваем оказанную милость, — серьезно кивнула Йеннифэр. — Ваше императорское величество?

— Слушаю.

— Прошу по возможности не обижать мою дочку. Не хотелось бы умирать, зная, что она плачет.

Эмгыр молчал долго. Очень долго. Прислонившись к дверному косяку. И отвернувшись.

— Госпожа Йеннифэр, — проговорил он наконец, и лицо у него было на удивление странное. — Будьте уверены, я не обижу вашей и ведьмака Геральта дочери. Я топтал трупы друзей и плясал на курганах врагов. И думал, что в силах сделать все. Но то, в чем меня подозревают, я просто сделать не могу.

Он вышел, тихо прикрыв за собой дверь. Геральт вздохнул.

— Разденемся? — Он взглянул на парящий бассейн. — Правда, не очень-то меня радует мысль, что нас выволокут отсюда в виде голых трупов…

— А мне, представь, без разницы, какой меня выволокут. — Йеннифэр скинула туфли и быстро расстегнула платье. — Даже если это мое последнее купание, я не намерена бултыхаться в воде одетой.

Она стянула рубашку через голову и вошла в бассейн, энергично расплескав воду.

— Ну, Геральт. Что стоишь как вкопанный?

— Я забыл, насколько ты прекрасна.

— Быстро же ты забываешь. А ну, лезь в воду.

Как только он оказался рядом, она тут же закинула ему руки на шею. Он поцеловал ее, гладя ее талию над водой и под водой.

— А это, — спросил он порядка ради, — подходящее время?

— Для этого, — замурлыкала она, погружая в воду одну руку и касаясь его, — любое время подходящее. Эмгыр дважды повторил, что нам торопиться не обязательно. Как ты предпочел бы провести отпущенные нам последние минуты? В стенаниях и плаче? Недостойно.

— Не об этом я.

— Так о чем же?

— Если вода остынет, — проворчал он, лаская ее груди, — разрезы будут болезненными.

— За удовольствие, — Йеннифэр погрузила другую руку, — стоит заплатить болью. Ты боишься боли?

— Нет.

— Я тоже нет. Сядь на край бассейна. Я люблю тебя, но, черт побери, нырять не хочу.

— О-хо-хо, — сказала Йеннифэр, откидывая голову так, что ее влажные от пара волосы расплылись по бордюру маленькими черными змейками. — О-хохо-хохошеньки…

— Я люблю тебя, Йеннифэр.

— Я люблю тебя, Геральт.

— Пора. Кликнем их?

— Кликнем.

Они кликнули. Сначала кликнул ведьмак, потом кликнула Йеннифэр. Потом, не дождавшись ответа, кликнули вместе:

— Ну-у-у-у! Мы готовы! Давайте нож! Э-э-эй! Черт побери! Вода же стынет!

— Ну так вылазьте из нее, — сказала Цири, заглядывая в ванную. — Они все ушли.

— Что-о-о?

— Я же сказала: ушли. Кроме нас троих, тут нет ни живой души. Оденьтесь. Голышом вы выглядите ужасно смешно.

Когда они одевались, у них начали дрожать руки. У обоих.