Избранные произведения. I том [компиляция]

— Здесь нет никакого противоречия, — раздался мелодичный, словно журчание ручейка, голос Энид ан Глеанна, Маргаритки из Долин. — Мы, me luned, все есть не что иное, как чудовища. Каждая по-своему. Не так ли, госпожа Сова?

Филиппа пожала плечами.

— Неприятный шрам на лице, — снова заговорила Шеала, механически пощипывая боа, — мы замаскируем иллюзией. Ты будешь выглядеть прекрасно и таинственно, а Танкред Тиссен, уверяю тебя, просто свихнется от любви к тебе. Надо будет придумать тебе имя и легенду. Цирилла, конечно, имя красивое и не столь уж редкое, чтобы от него отказываться ради сохранения инкогнито.

— Либо мою, — сказала госпожа Сова, усмехнувшись уголками губ. — Цирилла Эйльхарт — тоже звучит недурно.

— Ее имя, — в зале опять заиграл серебряным колокольчиком голос Маргаритки из Долин, — звучит недурно в любом обрамлении. И каждая из нас хотела бы иметь такую дочь, как ты, Зиреаэль, ласточка с глазами сокола, ты — кровь и плоть Лары Доррен. Каждая из нас пожертвовала бы всем, даже этой ложей, даже судьбой королевства и всего мира, чтобы только заполучить такую дочь, как ты.

— Благодарю вас, госпожа Филиппа, — проговорила после минутного молчания Цири, сжимая пальцы на головах сфинксов. — Я также польщена предложением госпожи де Танкарвилль носить ее фамилию. Однако поскольку получается, что фамилия — единственное, что в данном случае зависит от меня и моего выбора, единственное, что мне не навязывают, я вынуждена поблагодарить вас обеих, милостивые государыни, и выбрать сама.

— Ого! — сверкнула зубами черноволосая чародейка, которую, как догадалась Цири, звали Сабрина Глевиссиг из Каэдвена. — Танкред Тиссен окажется круглым идиотом, если не свяжет себя с ней морганатическим браком. Если же позволит вместо нее подсунуть себе в жены какую-нибудь «мыльную принцессу», то будет просто дурнем и слепцом, не умеющим распознать бриллианта среди россыпи стекляшек. Поздравляю, Йенна. И завидую. А ты знаешь, сколь искренней бывает моя зависть.

Йеннифэр поблагодарила наклоном головы. Не улыбнувшись.

— Итак, — сказала Филиппа, — с этим покончено.

— Нет, — сказала Цири.

Францеска Финдабаир прыснула в кулак. Шеала де Танкарвилль подняла голову, а лицо у нее недобро закаменело.

— Мне необходимо все обдумать, — заявила Цири. — Поразмышлять. Разложить все сказанное по полочкам. В себе. В спокойной обстановке. Как только я это сделаю, я вернусь сюда, в Монтекальво. Стану перед вами. Скажу вам, милостивые государыни, что решила.