Избранные произведения. I том [компиляция]

Но ведьмак не мог ее отыскать и забрать, вот тут уж господин поэт разминулся с истиной.

— Разминулся, а как же, — вклинился в разговор жилистый юноша, который, судя по одежде, мог быть подмастерьем, готовящимся к сдаче экзамена на мастера. — Ведьмак разминулся со своим Предназначением. Цирилла погибла при осаде Цинтры. Королева Калантэ сначала собственноручно убила княжну, чтобы та живой не досталась нильфгаардцам, а уж потом бросилась с башни.

— Не так все было, и вовсе не так, — запротестовал рыжий. — Княжну убили во время резни, когда она пыталась убежать из города.

— Так или иначе, — крикнули скобяные изделия, — ведьмак не нашел своей Цириллы! Поэт солгал!

— Но солгал красиво, — сказала эльфка в токе, ластясь к высокому эльфу.

— Дело не в поэзии, а в фактах! — воскликнул подмастерье. — Я говорю, что княжна погибла от руки своей бабки. Каждый, кто был в Цинтре, может это подтвердить!

— А я повторяю: ее убили на улицах, когда она бежала, — упорствовал рыжий. — Я знаю, хоть сам и не из Цинтры.

Я был в дружине скеллигского ярла, который поддерживал Цинтру во время войны. Король Цинтры, Эйст Турсеах, родом, как известно, с Островов Скеллиге, а ярлу доводился дядькой. А я в ярловой дружине дрался в Марнадале и в Цинтре, а потом, после поражения, под Содденом…

— Еще один ветеран, — буркнул Шелдон Скаггс собравшимся вокруг него краснолюдам. — Сплошь герои да воины. Эй, людишки! Средь вас есть хоть один, кто б не воевал в Марнадале или под Содденом?

— Напрасно ерничаешь, Скаггс, — осуждающе проговорил высокий эльф, обнимая красотку в токе так, что у других соискателей не оставалось никаких сомнений относительно дальнейшего развития событий.

 — Я, к примеру, тоже участвовал в той битве.

— Интересно знать, на чьей стороне, — довольно громко шепнул Вилиберт Радклиффу."

"— Известно, — продолжал эльф, даже не взглянув на комеса и чародея, — больше ста тысяч бойцов стояло в поле во второй битве за Содден, из них не меньше тридцати тысяч полегли или были покалечены. Следует поблагодарить маэстро Лютика за то, что в одной из баллад он увековечил этот великий, но страшный бой.

И в словах, и в мелодии его песни я слышал не похвальбу, но предупреждение. Повторяю, хвала и вечная слава вашему поэту за балладу. Она, быть может, позволит в будущем избежать повторения трагедии, которой была эта жестокая и ненужная война.

— Воистину, — сказал комес Вилиберт, с вызовом глядя на эльфа. — Любопытные штучки вы отыскали в балладе, любезнейший.