Избранные произведения. I том [компиляция]

Опустите мостик, я не хочу стоять под дождем, у меня туфельки промокли.

— Вы не одна, мазель? — подозрительно бросил знахарь. — Обычно приходите одна. Кто там с вами еще?

— Друг. Как и я — жак. Одной, что ли, мне тащиться ночью в ваш заразный район? Мне что, невинность не дорога, или как? Пустите меня наконец, черт побери!

Бормоча себе под нос, Мырман освободил собачку воротка, мостик, со скрипом опустившись, стукнул о доски помоста. Знахарь прошел к двери, отодвинул засов. Не убирая заряженного арбалета, осторожно выглянул.

Он не заметил метящего в висок кулака в черной, утыканной серебряными набивками перчатке.

Зато, хоть ночь и была темной, безлунной, а небо — затянуто тучами, вдруг увидел десятки тысяч ослепительно ярких звезд.

* * *Тубланк Мишеле еще раз провел бруском по острию меча. Видно было, что это действие поглощает его без остатка.

— Итак, мы должны для вас убить человека. — Он отложил брусок, протер рукоять кусочком намазанной жиром кроличьей шкурки и критически осмотрел лезвие. — Обычного человека, который шлендает в одиночку по улицам Оксенфурта, без гвардии, без эскорта, без телохранителей.

Даже без слуг. И чтобы его прикончить, нам не надо будет ни в храмы врываться, ни в ратуши, замки или гарнизонную крепость… Так, милсдарь Риенс? Я верно вас понял?

Мужчина с лицом, изуродованным рубцом, оставшимся после ожога, утвердительно кивнул, слегка прищурив темные влажные глаза с неприятным выражением.

— Кроме того, — продолжал Тубланк, — когда мы убьем этого типа, нам не будет нужды прятаться где-нибудь ближайшие полгода, потому что никто не станет за нами гоняться или нас разыскивать? Никто не напустит на нас выпивох или любителей заработать наградные? Мы не станем объектами родовой вражды либо кровной мести? Иначе говоря, милсдарь Риенс, нам предстоит замочить для вас обыкновеннейшего, ничем не примечательного, не имеющего никакого веса фрайера?

Мужчина со шрамом не ответил.

Тубланк глянул на неподвижно сидевших на скамейке братьев. Рицци, Флавиус и Лодовико, как всегда, молчали. В этой троице на их долю приходилась работа, а разговоры разговаривать было делом Тубланка. Потому что только Тубланк посещал в свое время храмовую школу. Убивал он ничуть не хуже братьев, но сверх того еще умел читать и писать. Ну и молоть языком.

— И вот, чтобы убить такую серь, милсдарь Риенс, вы нанимаете не первого попавшегося портового пьянчужку, а нас, братьев Мишеле? За сто новиградских крон?

— Ваша обычная ставка, — процедил мужчина с рубцом. — Верно?

— Неверно, — холодно возразил Тубланк. — Мы промышляем не тем, что замачиваем обычных фрайеров. А коли уж беремся… Милсдарь Риенс, гусь, которого вам желательно видеть трупом, обойдется вам в двести.