Призванная для Дракона

 — Мне надоело, что меня постоянно держат в неведении и только обещают все рассказать. Когда-нибудь потом. Я хочу знать, что происходит. Сейчас! Что-то же происходит, ведь так? Я чувствую!

Несколько секунд она переводила взгляд с мага на хозяйку дома, ожидая, что они скажут. Первым заговорил Абальд.

— Хорошо. Но придется начать издалека. Я буду рассказывать, а ты ешь. И не спорь, иначе я не скажу ни слова, пока мы не выйдем из-за стола.

Тая забарабанила пальцами по столу, обдумывая предложение. Потом кивнула:

— Согласна. И очень внимательно слушаю.

Абальд и в самом деле начал издалека. С тех времен, когда между людьми и драконами шла война за женщин и территории. Это была печальная веха в Истории обоих народов, и сейчас император Илларион делал все возможное, чтобы люди о ней забыли. Он объединил все одиннадцать драконьих кланов, их вожди присягнули ему, дав клятву, что будут служить трону верой и правдой. Поклялись, что будут поддерживать и защищать законы Драконьей империи.

Только двенадцатый клан отказался присягать на верность Иллариону. Обсидиановый. Им достались самые скудные земли: голые скалы на севере, лес, снега и ветра. Там почти ничего не растет, разве что в лесах водится дичь да пушное зверье.

А еще рядом граница с северным королевством людей — Ремнискейна."

"Илларион запретил драконам похищать человеческих девиц, дабы снова не разжигать распри между драгами и людьми. Он организовал Бал Невест, чтобы девы добровольно приезжали в Самарию и выбирали мужей.

Как оказалось, желающих выйти замуж за дракона и навсегда остаться в империи оказалось даже больше, чем можно было предположить. Буквально за пару сотен лет это стало считаться престижным. И девицы начали всеми правдами-неправдами отказывать человеческим мужчинам, чтобы иметь возможность раз в двадцать лет получить пропуск в Самарию.

Только на границе Латгейра и Ремнискейна дела обстояли совсем не так.

Обсидиановые, по старой памяти, продолжали похищать девушек. Только с одной поправкой: в законный брак с ними они не вступали. Из-за брачной татуировки, оставшейся для них напоминанием о прошлой жизни.

— Я знаю об этом, — перебила Тая, забыв про свое обещание есть и молча слушать. — Крейн говорил, что Обсидиановые не женятся. Он сделал исключение, обвенчавшись со мной?

— Да, — Абальд поморщился, но замечаний делать не стал. — Даже с Вареной они не были венчаны по законам драконов. Это его и спасло. Иначе он бы умер вместе с ней.

— Но Верена была его шинами?

— Он сказал? — маг усмехнулся. — Милая девочка. Жаль, что с ней всё так вышло…

Тая прищурилась, пытаясь рассмотреть лицо мага под капюшоном.

— Что-то вы не договариваете, энейре.

— Кушай. Иначе больше ничего не скажу.

Дернув плечом, Тая все же вернулась к тарелке.