Капкан для зверя

Я — мертвец, выполняющий свою функцию. Ни больше, ни меньше.

Сказать, что Думитру был взволнован, все равно, что ничего не сказать. Сам глава Нейтралов беспокойно шагал из стороны в сторону, сжимая в руках какие-то документы. Даже стало интересно, что же такого сделала эта дрянь, если смогла вывести из себя вечно невозмутимого румына.

— Итак, Морт, вот данные на нового заключенного. Женщина. Блондинка. Вампир клана Черных львов… — название клана Курд буквально прошипел. — Нам известно только ее имя… Допрос проведешь лично, все-таки когда-то ты имел непосредственное отношение ко Львам.

Он замолчал, всем своим видом показывая, что я свободен.

— Могу я поинтересоваться, какое преступления совершила заключенная?

— Она убила одного из верховных демонов. Асмодея.

Кивнул на прощание главе, выходя за дверь и чувствуя, как ненависть к пленнице, которая сумела сделать то, о чем я мечтал долгие годы, начинает захлестывать меня вместе с диким любопытством и презрительным чувством собственного ничтожества. Какая-то девка смогла, а я нет. Ни я… ни целый клан вампиров. Впрочем, ее за это ждет мучительная смерть, я об этом позабочусь.

Глава 24

Мне завязали глаза и пинками, заламывая руки за спину, куда-то вели, точнее, тащили волоком. Все в пугающей тишине, ни звука. Ни вздоха. Слышу только свое сердцебиение судорожное дыхание. Я знаю к кому и куда попала, я даже примерно знаю, что меня здесь ждет. Я думала о тех документах, что спрятала в сейф на внешнем носителе, документы, которые могли помочь в случае моего провала, оставалась единственная надежда — на них. Да и она была ничтожной.

Вначале мне не было страшно, но постепенно, когда запахи начали сменяться, когда затихли все окружающие звуки кроме завывания ветра и карканью воронов мною начала овладевать паника.

Она поднималась издалека от кончиков ногтей на ногах, до кончиков волос. Возможео именно потому что я ничего не видела. Это один из приемов психологического давления. Вряд ли эти типы боятся, что я запомню дорогу. Оттуда куда, они меня ведут почти никто не возвращается. Они уже начали меня ломать, но это даже не цветочки. Это так, детский лепет. Я чувствовала, как по моему виску стекает струйка крови и знала, что они видят ее цвет. Да я вся залита кровью: мое лицо, порванная одежда, мои волосы и руки."

"Все тело саднило и болело, раны от когтей демона затянулись, но остались шрамы, болезненно срастались кости. Медленно, очень медленно. Из-за голода. Я только молилась не потерять достоинство, не показать насколько мне страшно и не сломаться. Если им удастся заставить меня говорить, то я всех потяну за собой. Я пыталась мысленно представить куда меня ведут, но бесполезно.