Сердце Холода

Холод повернулся, чтобы забрать амулет с запиской, – порвать его, что ли, на мелкие клочки, покончить с Пиритой раз и навсегда? – И едва успел выхватить мешочек из когтей брата.

– Град, ты что, спятил?

– Может, мне лучше вернуться… туда? – выдавил, кривясь, старший ледяной, словно из пасти его лез крокодил. – У Пириты хотя бы один набор мыслей, ничего не перепутано. Что в заклинании, то и в голове… И потом, в чешуе небесной я был счастлив – никаких тебе рангов, ни с кем не надо себя сравнивать, живи, какой… какая есть. Мать с отцом не стоят над душой, никто не заставляет… А ещё у меня там был огонь – это так чудесно… Холод, пожалуйста, позволь мне вернуться!

– Бред, да и только! – прошипел младший, старательно копируя так хорошо ему знакомую родительскую суровость.

 – Когда ты полностью придёшь в себя, то поймёшь, что в жизни небесных совершенно нечем восхищаться! Любой дракон в Пиррии, будь у него выбор, захотел бы вылупиться из яйца только ледяным и никем другим!

Вихрь многозначительно кашлянул, но промолчал, поймав грозный взгляд Холода.

Выходит, дело даже не в Пирите – брату понравилось быть небесным! Ну что тут скажешь? Теперь Холод лучше его понимал… Нет, надо быть сильным и непреклонным, помочь можно только так!

– Тебе никогда больше не стать Пиритой! – отрезал он.

 – Вбей это в свою несчастную голову!"

"Град свирепо зарычал, и на миг показалось, что за кожаный мешочек придётся драться. Но затем старший ледяной развернулся и уныло побрёл через кусты на дальний конец сада, где за деревьями виднелась улица, уже запруженная прохожими и телегами.

– Неплохо сказано, – похлопал крыльями Вихрь, – злобненько, но со вкусом.

– Уйди, я хочу побыть один, – буркнул Холод.

Песчаный дракончик шутливо поднял лапы и с поклоном отступил.

У младшего ледяного и у самого путались мысли. Он влез чешую Пириты, чтобы лучше понять Града, но понял его как-то уж слишком хорошо.

Присев у высокого инжира, он прикрыл глаза и стал повторять, глубоко дыша: «Я ледяной дракон по имени Холод. Я всегда был ледяным». Снова и снова… Восторги Пириты постепенно выветривались из головы.

«Я ледяной по имени Холод. Я верно служу королеве Глетчер. Когда-нибудь я достигну высшего ранга».

Интересно, каково это – изо дня в день вести жизнь небесного? Неужели в конце концов можно полюбить их племя так же сильно, как Пирита?

«Я Холод из племени ледяных драконов… Быть сильным, бдительным и всегда бить первым.

Никому не доверять…»

Он твердил и твердил это, но чувствовал, что отцовские уроки сидят в голове уже не так крепко, как прежде. Нет, не из-за Пириты – из-за Вихря, Кинкажу, а главное, Луны!

Думая о ночной, он услышал, как хлопнула дверь. Из-за дома вышла Луна, и дракончик тяжело вздохнул.

«Я ледяной по имени Холод.