Храмовый раб

Слуга вынес на всеобщее обозрение богато украшенный щит и отличное копье с длинным железным наконечником, пригодным как для укола, так и для нанесения режущих ударов. По местным меркам, подарок был царским.

Ошалевший от такого счастья воин вцепился в подарки, восторженно взирая на военачальника с видом накормленной дворняги. Войско бесновалось, славя такое доступное и щедрое руководство, а Макс, с высоты своего жизненного опыта, оценил проведенную пиар-компанию.

— Вон оно как тут работает. Показал силу, показал щедрость, и они твои. Народ тут незамутненный, даже не поняли, что подарки были заранее приготовлены.

 — думал он. — Но мастерства самого Нергал-Нацира это не умаляло. Мужик со своим копьем мог в цирке выступать.

В общем, Макс понял, что военное дело- это не его. Путь жреца и врача привлекал его куда больше.

Оказывается, их отряд был не последним. Сбор шел еще пару недель, и вокруг столицы образовалась такая чудовищная толпа, что власти начали отправлять войска, отдохнувшие и укомплектованные, в сторону Вавилона.

Глава двенадцатая,

где Макс узнает себе цену

Город Баб-илю, в переводе «Врата Бога», на иврите Бабель, на греческом Бабилон, а в корявом переводе на русский — Вавилон, находился в самом узком месте между реками Тигр и Евфрат и занимал стратегическое положение, соединяя шумерский юг и Ассирию.

Через него шла вся транзитная торговля с Сирией, Финикией и Египтом с одной стороны, и шумерским югом, Эламом и Индией — с другой. Город, по свидетельству Геродота, представлял собой квадрат со стороной 22 километра и имел сто медных ворот. Учитывая, что Геродот там бывал, то он самую малость преувеличил. Тем не менее, город был гигантским. Его площадь составляла около тысячи гектар, а население уверенно превышало двести тысяч человек. Макс даже боялся представить, каким образом они тут чистили выгребные ямы и вывозили верблюжий навоз. Даже с его немалым опытом в этой сфере, задача представлялась архисложной. Город раскинулся на обоих берегах Евфрата и соединялся мостом. За оборону отвечали высоченные стены, толщиной четыре метра, выстроенные в два ряда. Ворот в них было не сто, а восемь, но они были сделаны из кедра и обиты медными листами. Того величия, что было при царе Бальтазаре, Вавилон еще не достиг, но он уже тогда был самым большим городом на Земле.

Именно такую информацию Макс получил, шагая с армией по южному Междуречью. Подойдя к реке Тигр, он впервые увидел настоящие грузовые корабли, на которых несколько дней армия переправлялась на другой берег. Вокруг кипела жизнь. Берега были заселены так плотно, что, куда ни кинь взгляд, Макс видел смуглых людей в набедренных повязках, копошащихся в полях рядом с круглыми хижинами, крытыми тем же вездесущим тростником.