Кир Булычев. Собрание сочинений в 18 томах. Т.1

Споря внутренне с Клавдией, Павлыш, как и положено в таком заочном споре, почти не давал ей возможности ответить. Все воображаемые возражения Клавдии были неубедительны, тогда как аргументы Павлыша — несокрушимы.

Дикий высокий визг раздался над самым ухом. Павлыш даже вскочил и лишь через секунду понял, что визг донесся из леса — из того мира, который продолжал жить, словно Павлыша, со всей его техникой и могуществом, не существовало.

Павлыш метнулся к окну. За окном в темноте, разрезанной лучами медленно вращающихся прожекторов, кипел клубок тел. Несколько хищников — и не разберешь в такой суматохе, что за твари, — терзали толстого зеленого неповоротливого зверя, и в этой схватке была такая первобытная жестокость и такой страх смерти, что Павлыш, глядя, как клубок тел катится к лесу, выключил звук и отошел от окна. И с некоторой печалью подумал, что, вернее всего, он так и улетит с этой планеты, ни черта не узнав и не поняв, хотя формально увезет отсюда солидный груз биологических исследований и образцов флоры и фауны.

Читать совсем расхотелось, но он не спешил возвращаться в жилой отсек. Сейчас женщины в своих конурках укладываются спать, под душем на полчаса застряла чистюля Клавдия, а Салли, что уж совсем не положено отважному разведчику, в пятый раз раскладывает пасьянс. Ему захотелось, чтобы Салли отложила пасьянс и пришла к нему сюда, потому что соскучилась, потому что ей надоело слушать, как Клавдия насвистывает под душем…

— Я не помешала? — спросила Салли.

— Хорошо, что ты пришла.

— Что за шум был? Мне показалось, что кто-то кричал.

— Я включил свой внешний динамик, а там зверье выясняет отношения.

Салли подошла к окну.

— Пусто. Никто здесь не живет. Они только приходят иногда попугать нас. А мы ведь не из пугливых?

— С тобой — да.

— Я серьезно.

— Где только не живут люди! Здесь, по крайней мере, нормальный воздух и нормальный дождь.

Павлыш подошел к Салли и дотронулся пальцами до ее плеча.

— Тебе здесь не нравится, тебе здесь скучно, ты жалеешь, что попал в эту экспедицию. А я — единственное человеческое развлечение, — определила Салли.

Павлыш убрал руку.

— Если бы мы были на Земле…

— На Земле ты бы просто меня не заметил, — вздохнула Салли. — Я не умею кокетничать. Ничего удивительного нет.

Она обернулась и поглядела ему в глаза.

— Может быть, я чувствую то же, что и ты. И я тоже бы не обратила на тебя внимания… Это обидно?

— Нет.

Салли прижалась к Павлышу, взяв ладонями его голову, сжав виски, и поцеловала его в щеку у уголка губ.

— Спасибо, — проговорил Павлыш.

— Глупый ответ, но не худший, — улыбнулась Салли.

Она отступила на шаг, освобождаясь от его рук, и Павлыш увидел, что они не одни — за спиной Салли в окно глядела глупая белая морда.

— Уйди, — велел морде Павлыш.