Колесо Времени. Книги 1-14

– Вне всяких сомнений, у вас найдется хотя бы пара соломенных тюфяков где-нибудь в углу в качестве платы за то, что я буду развлекать ваших постояльцев занимательными рассказами, фокусами, глотанием огня и жонглированием.

Хозяин расхохотался ему в лицо.

Когда Мэт выволакивал менестреля обратно на улицу, Том проворчал своим обычным тоном:

– Ты не дал мне даже заикнуться о конюшне. А я наверняка сумел бы выбить нам место хотя бы на сеновале."

"– На сеновалах и в амбарах я уже наспался с тех пор, как покинул Эмондов Луг, – буркнул Мэт. – И под кустами, кстати, тоже.

Я хочу ночевать в кровати.

Но в следующих четырех гостиницах, которые попались им на пути, хозяева отказывали так же, как и в первой. Из последних двух их едва не вытолкали взашей, когда Мэт предложил хозяевам сыграть в кости на постель. И когда хозяин пятой, между прочим, именуемой ""Славная королева"", заявил им, что не в состоянии дать соломенный тюфяк и самой королеве, Мэт вздохнул и спросил:

– А как насчет конюшни? Мы вполне могли бы устроиться на сеновале за ту же плату.

– Моя конюшня для лошадей, – ответил круглолицый хозяин.

– А не для той прорвы народу, что шатается по городу.

До появления Мэта и Тома владелец гостиницы занимался тем, что заботливо протирал столовое серебро. Теперь он полюбовался только что отполированным серебряным кубком и, открыв дверцу, убрал его во чрево буфета рядом с другими, явно принадлежавшими разным сервизам. Верхняя часть буфета опиралась на широкую столешницу, и на ней, за буфетной дверцей, Мэт заметил стаканчик из тисненой кожи. Стаканчик для игры в кости.

– Я не пускаю ночевать в конюшню, чтобы лошади не пугались, – продолжал тем временем хозяин.

– А то пустишь кого, а он, чего доброго, удерет вместе с ними. Проезжие хорошо платят мне за конюшню, рассчитывая на заботливое обращение с животными и их сохранность, к тому же у меня самого там в стойлах две кобылы. И в моей конюшне кроватей для вас нет.

Мэт же задумчиво глядел на стаканчик для костей. Потом достал из кармана золотую андорскую крону и положил ее на комод. Чуть погодя рядом легла серебряная марка Тар Валона, потом золотая, а замкнула ряд золотая тайренская крона. При виде монет хозяин гостиницы облизал внезапно пересохшие губы.

Мэт добавил две иллианские серебряные марки, еще одну андорскую крону и посмотрел на трактирщика, на округлом лице которого отразилось мучительное колебание. Мэт потянулся сгрести деньги обратно в карман. Но ладонь хозяина дотянулась до монет первой.

– Пожалуй, вы двое не очень обеспокоите лошадей. Мэт улыбнулся:

– Кстати, о лошадях. Сколько стоит пара ваших? Оседланных и с упряжью, конечно.

– Я не собираюсь продавать своих лошадей, – ответил хозяин, подхватывая монеты с комода.