Колесо Времени. Книги 1-14

Она все время заставляла его вытягивать шею, чтобы дотянуться до вилки.

Между тем Айрам, трижды обведя взглядом комнату, остановился у подножия лестницы и уставился на бочку с мечами. Потом нерешительно потянулся и вытащил один из клинков. Обмотанная кожей рукоять была длинновата даже для обеих его рук, да и держал он меч неуклюже, будто пробовал на вес.

– Можно я вот этот возьму?.. – спросил Айрам.

Перрин поперхнулся.

На верху лестницы появились Аланна и Ила. Лицо Лудильщицы выглядело усталым, но огромный синяк исчез без следа.

– Сейчас самое лучшее лекарство для него – сон, – говорила Айз Седай.

Взгляд Илы случайно упал на внука. Увидев, что тот держит в руках, старая женщина закричала так отчаянно, словно этот клинок вонзился в ее плоть:

– Нет, Айрам! Н-е-е-е-т! – Едва не свалившись с лестницы, она бросилась к Айраму, пытаясь оторвать его руки от оружия. – Нет, Айрам! – задыхаясь, твердила она. – Нет, ты не должен! Брось его сейчас же! Путь Листа, Айрам, Путь Листа! Пожалуйста, Айрам, пожалуйста!

Айрам пытался увернуться и не дать ей отобрать меч – со стороны могло показаться, что он неловко танцует с ней.

– Не брошу! – сердито вскричал молодой Лудильщик. – Они убили маму! Убили у меня на глазах! Будь у меня меч, я бы спас ее! Мог бы спасти!

Перрина словно обухом по голове ударили. Лудильщик с мечом – зрелище, конечно, невозможное, но эти слова… Значит, его мать…

– Оставьте его, – бросил Перрин Иле. Прозвучало это довольно грубо, не так, как ему хотелось. – Каждый человек имеет право защищаться сам и защищать своих близких. И он тоже!

Айрам протянул меч в сторону Перрина:

– Ты научишь меня им владеть?

– Я и сам не умею драться мечом.

Слезы струились по искаженному горем лицу Илы.

– Троллоки отняли у меня дочь, – выкрикнула она, содрогаясь от рыданий, – и всех моих внуков, кроме одного. А теперь ты отнимаешь у меня последнего. Он отныне – Потерянный, и таким его сделал ты, Перрин Айбара! Ты сам превратился в волка и его хочешь сделать зверем. – Она повернулась и, спотыкаясь, заковыляла вверх по лестнице. Плечи ее дрожали.

– Я мог бы спасти ее! – прокричал Айрам вслед.

Но Ила так и не обернулась. Когда она скрылась за поворотом, юный Лудильщик привалился к перилам и заплакал.

– Бабушка, – всхлипывая, бормотал он, – я мог бы спасти ее. Мог бы спасти…

Перрин приметил, что Боде тоже утирает слезы, а остальные женщины смотрят на него исподлобья, будто он в чем-то виноват. Но не все. Взгляд Аланны оставался невозмутимым, как и подобало Айз Седай, да и по лицу Фэйли ничего нельзя было прочесть.

Обтерев рот, Перрин бросил салфетку на стол и встал.