Колесо Времени. Книги 1-14

Вскоре рядом с ним выстроилось четыре с лишним сотни кайриэнцев. Впрочем, после этого Талманес тоже мало разговаривал, просто быстрым шагом повел оставшихся на запад. За его людьми поднималось слабое облачко пыли.

– Держитесь вместе, – заметил Мэт своей половине отряда. – В атаку – когда я скажу, бежать – когда я скажу. И без лишнего шума.

Разумеется, скрипели седла, стучали копыта – уж ничего не попишешь, но по крайней мере, люди не разговаривали и вопросов не задавали."

"Последний раз мелькнула щетина ярких знамен и конов, а потом изгиб ложбины скрыл солдат Талманеса.

Как Мэт ухитрился вляпаться в это дело? Так просто все начиналось. Хотел-то лишь предупредить и сразу уехать. А после каждый шаг представлялся таким маленьким и таким необходимым. И вот он бредет по пояс в грязи, и у него нет иного выхода, кроме как продолжать идти дальше. Мэт надеялся, что Талманес все-таки объявится в нужное время. А ведь тот даже не поинтересовался у Мэта, кто он такой.

Когда отряд повернул на север, долина меж холмов изогнулась, раздвоилась, но Мэт хорошо ориентировался в пространстве. В какой-то миг он понял, где юг и безопасность, и это было вовсе не то направление, куда двигался он.

К городу мчались и клубились над ним темные облака – Мэт давно не видывал таких тяжелых туч. Дождь как нельзя кстати в засуху – это хорошо для фермеров, если кто остался тут. А еще дождь прибьет пыль, что хорошо для всадников, – она не выдаст заранее конницу. Может, если прольется дождь, айильцы откажутся от своей затеи и уйдут обратно. Ветер тоже начал набирать силу, принеся немножко прохлады – как ни удивительно.

Из-за косогоров донесся шум боя, крики и вопли.

Началось

Мэт повернул Типуна, поднял копье и махнул им налево и направо. Он почти удивился, когда кайриэнцы развернулись в обе стороны от него в длинную цепь, лицом к склону. Жест Мэта был чисто машинальным – из другого времени и места, но выходит, эти люди знали, что такое сражение. Мэт двинул Типуна медленным шагом сквозь редкие деревья вверх по склону, его отряд, с тихим позвякиванием удил и уздечек, двигался вровень с ним.

Первое, что испытал Мэт, достигнув вершины, было облегчение: из-за гребня напротив появились Талманес и его люди.

А потом Мэту захотелось сыпать проклятиями.

Дайрид выстроил ежа – колючая щетина копий в четыре шеренги в глубину с вкраплениями лучников образовала каре. Длинные копья не позволяли Шайдо приблизиться вплотную, однако они напирали; лучники и арбалетчики быстро и сноровисто обменивались выстрелами с айильцами. С той и с другой стороны падали люди, но пикинеры просто смыкались там, где в строю образовывались бреши, и каре становилось теснее. Шайдо же, казалось, ничуть не ослабляли натиска.