Колесо Времени. Книги 1-14

Сегодня ночью они встречаются с Айз Седай из Салидара одни, но через семь ночей Эгвейн отправится вместе с Хранительницами. – Почему именно сейчас?

– Ты что, не слышала? – воскликнула Суранда. Дня через два-три она снова попробует поговорить с Найнив и Илэйн в их снах. Если получится – мало кто, кроме людей, привычных к такого рода общению, способен уразуметь, что ты не просто снишься, а присутствуешь в его сне. Ни Найнив, ни Илэйн, ясное дело, к этому не привыкли – поговорить с ними таким образом ей удалось всего лишь один раз, да и тогда все происходившее напоминало кошмар.

При каждом сказанном слове разбивался какой– нибудь предмет. Может быть, лучше дождаться следующей оговоренной встречи с ними. Кроме того, всегда существовала возможность вновь оказаться затянутой в сон Гавина. От одной этой мысли щеки Эгвейн окрасились румянцем.

– Кар'а'карн вернулся, – пояснила Эстейр. – Сегодня после полудня ему предстоит встретиться с твоими сестрами.

Услышанное заставило Эгвейн позабыть и о Гавине, и о снах. Почему он вернулся так скоро, гадала она, уставившись в чашку. Второй раз за десять дней – такого еще не бывало.

Неужели он прознал о посольстве из Башни? Но как? И как, в конце концов, ему удается перемещаться с места на место? Как он это делает?

– Как он это делает? – переспросила Эстейр, и Эгвейн поняла, что последнюю фразу произнесла вслух.

– Как получается, что при мысли о нем я чувствую себя не в своей тарелке? – попыталась выпутаться Эгвейн.

– Так ведь он же мужчина, – усмехнулась Суранда и сочувственно покачала головой.

– Он Кар'а'карн, – с нажимом и несомненным почтением произнесла Эстейр. Вздумай она нацепить на голову эту дурацкую повязку, Эгвейн не слишком бы удивилась.

Суранда тут же прицепилась к Эстейр и принялась расспрашивать, как та собирается управляться с любым вождем холда, не говоря уж о вожде септа .или клана, ежели ей невдомек, что мужчина остается мужчиной, кем бы он ни командовал. Эстейр, однако, стояла на том, что вожди вождями, а вот Кар'а'карн – совсем другое дело. Мира, женщина средних лет, пришедшая навестить свою дочь, повернулась к девушкам и заявила, что с любым вождем, да и с Кар'а'карном тоже надобно управляться точно так же, как и с собственным мужем.

Бэрин, тоже явившаяся к дочери, со смехом заметила, что это лучший способ заставить хозяйку крова положить нож у твоих ног, что означало объявление кровной вражды. До замужества Бэрин была Девой, однако вражду мог объявить кто угодно и кому угодно, кроме Хранительницы Мудрости или кузнеца. Прежде чем Мира успела хоть что-то возразить, в разговор уже вступили все, кроме гай'шайн. Бедняжку Эстейр мигом заглушили, ибо все сошлись на том, что Кар'а'карн не более чем первый среди вождей.