Колесо Времени. Книги 1-14

Тем не менее его начало охватывать уныние, и он понимал удрученных иноземных купцов, которые, уткнувшись в кубки с вином, гадали, как им, не имея лошадей, вывезти из города свои товары. У Мэта хватало золота, чтобы заплатить Люка, и еще осталось бы, но деньги хранились в сундучке в Таразинском дворце, и он не собирался даже пытаться забрать все золото сразу – достаточно было того раза, когда дворцовые слуги принесли его обратно с причала, связанного, точно добытого на охоте оленя. И всего-то он успел сделать, что поговорить с несколькими капитанами! Если Тайлин узнает, а она наверняка узнает, что он пытался улизнуть из дворца и золота при нем было больше, чем нужно, чтобы провести вечер за игрой.

.. О, нет! Ему нужна какая-нибудь комнатенка, угол на чердаке или в мансарде, хотя бы со шкаф размерами, да что угодно, куда можно было бы понемножку перепрятывать золото. Или же нужно сыграть в кости. Либо так, либо этак. Однако в скором времени Мэт понял, что, невзирая ни на какое везение, сегодня у него не получится ничего. И в голове по-прежнему продолжали с грохотом катиться игральные кости. "

"Подолгу Мэт нигде не задерживался, и не только потому, что не находил желаемого. Его броский наряд, которого застеснялся бы и Лудильщик, притягивал все взоры. Кое-кто из Шончан понимал так, что Мэт тут гостей развлекает, и ему пытались всучить деньги, чтобы он спел! Раз или два Мэт даже поддавался на уговоры, но, едва услышав его голос, народ требовал вернуть уплаченное. Некоторые эбударцы, с заткнутыми за пояс кривыми ножами, полные гнева, который не могли излить на Шончан, подумывали сорвать зло на этом фигляре – только рожи размалеванной не хватало, чтобы он выглядел совсем как шут знатного господина.

И Мэт, едва заметив мужчин, бросавших на него угрожающие взоры, немедля нырял на запруженную улицу. Он уже испытал на своей шкуре, что для хорошей драки пока не созрел, и слабым утешением могло послужить то, что голова его убийцы будет красоваться возле городских ворот.

Он, где мог, давал себе роздых – на брошенной у переулка пустой бочке, на редких скамеечках перед таверной, где еще находилось место приткнуться.

Однажды удалось посидеть на каменной ступеньке крыльца, пока вышедшая хозяйка дома метлой не сбила с него шляпу. Живот чуть ли к хребту не прилипал, и у Мэта уже начало появляться чувство, что все только на его чересчур яркий наряд и глазеют, а влажный холодный ветер пробирал до самого нутра, и только кости, сыграть в которые ему так и не удалось, по-прежнему гремели в голове, что твои лошадиные копыта. Ему казалось, что раньше они так громко никогда не грохотали.