Колесо Времени. Книги 1-14

Какая радость наступит в городе, и в стране тоже, когда Туон наконец-то откроет себя! Какой будет устроен праздник в честь ее появления – как будто она только что прибыла. Бетамин чувствовала нечто вроде тайного удовольствия, думая так о Дочери Девяти Лун, совсем как в детстве, когда делала что-нибудь запрещенное, хотя, разумеется, пока Туон не снимет вуаль, она считается просто Верховной Леди Туон, не выше Сюрот. Стражи Последнего Часа, душой и сердцем преданные Императрице и Империи, протопали мимо, и Бетамин двинулась в противоположном направлении. В прямом и переносном смысле – с тех пор, как она душой и сердцем предалась мысли сохранить собственную свободу.

Крохотная гостиница, втиснувшаяся между общественными конюшнями и лавочкой, где торговали лакированными изделиями, носила громкое название «Золотые лебеди небес». В лавочке было полным-полно офицеров, скупавших все подряд, в конюшнях было полным-полно лошадей, собранных по жребию и еще не распределенных, а в «Золотых лебедях небес» было полным-полно сул’дам. Просто битком набито, без всякого преувеличения, во всяком случае после наступления ночи.

Бетамин еще повезло, что с ней на одной кровати спят только две женщины. Получив распоряжение принять как можно больше постояльцев, хозяйка гостиницы распихивала и по четыре-пять на кровать, если считала, что столько туда влезет. Тем не менее, постели были чистые, еда – приемлемая, хоть и необычная. И Бетамин радовалась, что вообще спит на кровати, а не на сеновале – другого выбора не было.

В этот час места у круглых столов в общей зале пустовали. У некоторых из живших здесь сул’дам наверняка были свои обязанности, а остальные просто не желали встречаться с хозяйкой гостиницы.

Скрестив на груди руки и хмурясь, Дарнелла Шоран наблюдала, как несколько служанок старательно подметают выложенный зелеными плитками пол. Костлявая женщина с седыми волосами, закрученными на затылке в узел, она очень напоминала дер’сул’дам, несмотря на нелепый кинжал, украшенный дешевыми красными и белыми камешками. Служанки считались людьми свободными, но стоило содержательнице заговорить, они вздрагивали так, словно были у нее в собственности.

Бетамин и сама слегка вздрогнула, когда эта Шоран повернулась к ней.

– Вам, госпожа Зиами, известны мои правила насчет мужчин? – громогласно спросила она. Замедленная речь этих людей до сих пор казалась слуху странной. – Слыхала я о ваших чужеземных обычаях, и коли вы таковы, это ваше дело, но не под моей же крышей! Если угодно встречаться с мужчинами, пожалуйста, но только где-нибудь в другом месте!

– Уверяю вас, госпожа Шоран, я не встречаюсь с мужчинами ни здесь и ни в каком другом месте.

Та, насупив брови, с подозрением воззрилась на шончанку.