Колесо Времени. Книги 1-14

За стенами располагались чугунолитейная мастерская и лесопилки, мельницы и ткацкие мастерские, где изготовляли как шерстяную ткань, так и ковры, а в самом городке каких только мастерских не нашлось – мебельных, гончарных, портняжных, белошвейных, скобяных, ювелирных, и многие не уступали кэймлинским, хотя некоторые своим видом наводили на мысли об Арад Домане или Тарабоне.

Воздух был свеж, но не холоден, на земле – ни следа снега, во всяком случае, сейчас. Здесь солнце висело прямо над головой, хотя Илэйн надеялась, что в мире яви по-прежнему ночь. До утра ей хотелось хоть немного поспать по-настоящему.

Последние несколько дней она чувствовала неизбывную усталость; столько всего надо сделать, а времени так мало. Девушки пришли сюда потому, что тут их вряд ли сумел бы выследить какой-нибудь соглядатай, но Эгвейн все смотрела и смотрела на перемены, происшедшие с деревней, где она появилась на свет. И у Илэйн имелись свои причины, не считая Ранда, почему ей захотелось осмотреть Эмондов Луг. Трудность – одна из многих – заключалась в том, что в реальном мире мог пройти час, который в Мире Снов обернется пятью или десятью, но с той же легкостью могло случиться и наоборот. В Кэймлине вполне уже могло наступить утро.

Остановившись на краю лужайки, Эгвейн оглянулась на широкий каменный мост, выгнувшийся над быстро расширявшимся потоком. Речка брала начало от родника и стремительно сбегала по каменному ложу, ее сильное течение могло сбить человека с ног. В центре лужайки высилась массивная мраморная колонна с вырезанными на ней именами и два древка на каменных основаниях."

"– Памятник в честь сражения, – пробормотала Эгвейн. – Кто бы мог представить, что такое появится в Эмондовом Лугу? Впрочем, Морейн рассказывала, что когда-то на этом месте произошла великая битва, во время Троллоковых Войн, когда погиб Манетерен.

– Про эту историю я читала, – негромко промолвила Илэйн, глянув на древки, на которых не было флагов. Не было – сейчас. Здесь Илэйн не могла почувствовать Ранда. О, он, конечно же, по-прежнему был в ее голове, как и Бергитте: окаменевший клубок эмоций и физических ощущений, которые стало намного сложней истолковывать из-за того, что Ранд находился где-то далеко; однако в Тел’аран’риоде она не могла определить, в какой он стороне.

И хотя знание этого мало что могло дать, ей его не хватало. Ей не хватало Ранда.

На древках возникли знамена и продержались недолго – едва успели лениво колыхнуться. Но достаточно, чтобы разглядеть на одном полотнище красного орла на синем поле. И это был Красный Орел. Однажды, когда Илэйн побывала в Тел’аран’риоде с Найнив, она как будто видела мельком это знамя, но решила тогда, что ей померещилось. Мастер Норри напомнил ей об интересах государства.