Колесо Времени. Книги 1-14

Илэйн какое-то время смотрела на место, где только что стояла Эгвейн. О чем она говорила? Ранд никогда так не поступит! Пусть даже только из любви к ней, никогда! Илэйн ощупала каменно-твердый комок в глубине сознания. Он находился слишком далеко от нее, поэтому золотые жилки сияли только в воспоминаниях. Наверняка он так не поступит. Встревоженная, Илэйн шагнула из сна обратно в свое спящее тело.

Ей нужно было поспать, но едва она вернулась, на лицо ее упали солнечные лучи. Который сейчас час? У нее назначены встречи, у нее есть обязанности, которые нужно выполнять.

Как бы ей хотелось поспать месяцок-другой! Некоторое время она боролась с долгом, но долг одержал верх. Сегодня предстоит насыщенный делами день. Каждый день – дела, дела, дела. Илэйн резко открыла глаза, в которые точно песка сыпанули, как будто она вовсе не спала. Судя по наклону солнечных лучей, врывавшихся в окно, солнце давно встало. Можно просто полежать... Но долг... Авиенда пошевелилась во сне, и Илэйн ткнула ее в ребра. Если ей нужно вставать, нечего и Авиенде бока отлеживать.

Авиенда, вздрогнув, проснулась, потянулась к ножу, лежавшему на маленьком столике у кровати.

Но пальцы не успели коснуться темной роговой рукояти, как девушка уронила руку.

– Что-то меня разбудило, – пробормотала она. – Мне показалось, Шайдо... Глянь на солнце! Почему ты позволила мне столько спать? – спросила Авиенда, вскакивая с кровати. – То, что мне позволено находиться при тебе... – Она рывком сдернула через голову смятую во сне ночную сорочку, и ткань на миг приглушила ее слова, – это еще не значит, что Монаелле не отстегает меня розгой, коли решит, что я ленива. А ты что, собираешься весь день валяться?

Застонав, Илэйн выбралась из постели.

У двери в гардеробную уже поджидала Эссанда; она никогда не будила Илэйн, если только та не просила ее накануне. Илэйн отдала себя заботам этой молчаливой беловолосой женщины, которая принялась ее одевать; Авиенда одевалась сама, но молчание Эссанды она компенсировала насмешливыми замечаниями вроде того, что, когда Илэйн одевают, она, верно, снова чувствует себя ребенком, а может, Илэйн просто позабыла, как одеваться, вот ей помощь и понадобилась. Авиенда посмеивалась над ней каждое утро с того дня, как они стали спать вместе в одной кровати. Она считала, что это очень забавно. Илэйн хранила молчание, ответила только на вопрос камеристки, что госпожа предпочитает надеть. Но потом, когда была застегнута последняя перламутровая пуговица, Илэйн, рассматривая себя в высоком зеркале, небрежно спросила:

– Эссанда, готова ли одежда для Авиенды? – Элегантное синее платье со скромной серебряной вышивкой в самый раз должно было подойти для сегодняшнего дня.

Эссанда посветлела лицом.