Колесо Времени. Книги 1-14

И, разумеется, на помощь она тоже не должна была позвать. Когда Мэт бережно засунул в рот Тайлин ее шелковый платок и закрепил кляп другим платком, она улыбнулась, но глаза метали яростные молнии. Лабиринт в зарослях шиповника в ночном мраке."

"– Я буду скучать по тебе, – тихо промолвил Мэт, запихивая Тайлин под кровать. К своему изумлению, он понял, что и в самом деле будет скучать. О Свет! Он торопливо схватил плащ, перчатки, копье и по пути потушил все лампы. Женщины способны завести мужчину в этот лабиринт так, что он и понять этого не успеет.

В коридорах было все так же пусто, в тишине слышались только его шаги, но, когда Мэт добрался до вестибюля перед конюшенным двором, пережитое было облегчение тут же его оставило.

Одинокий стоячий светильник по-прежнему бросал дрожащие тени на гобелены с неизменными цветами, но ни Джуилина с его подружкой, ни Эгинин с остальными тут не было. За то время, что Мэт разбирался с Тайлин, они должны были успеть собраться здесь и ждать его. За галереей с колоннами ничего не было видно – ливень укрыл все плотной черной завесой. Не зашли ли они в конюшню? Похоже, Эгинин меняет планы, как и когда ей угодно.

Ворча себе под нос, Мэт набросил плащ и собрался было шагнуть под проливной дождь, чтобы заглянуть в конюшню. За сегодняшнюю ночь женщины достали его просто донельзя.

– Значит, ты все-таки хочешь уйти. Я этого не допущу, Игрушка.

С губ Мэта сорвалось ругательство, он повернулся на пятках и оказался нос к носу с Туон. Из-под прозрачной вуали на него смотрело строгое смуглое лицо. Узкий обруч, удерживавший вуаль на бритой голове, был густо усажен огневиками и жемчугом, украшенный самоцветами широкий пояс на талии девушки и длинное ожерелье на ее шее стоили целое состояние.

Ну и времечко выбрал на драгоценности засматриваться, сколько бы они ни стоили!.. Что она, во имя Света, тут делает, почему не спит? Кровь и пепел, если она побежит, позовет стражу, чтобы его задержали!..

Мэт в отчаянии потянулся к тощей девчонке, но она увернулась и резким ударом выбила у него из руки ашандарей. У Мэта даже онемело запястье. Он думал, девушка кинется наутек, но вместо этого она обрушила на него град ударов – дубасила сжатыми кулачками, рубила ребром ладони, как топором.

У Мэта были быстрые руки – как уверял старый менестрель, рук проворней он не видывал, – но сейчас Мэт успевал только отражать ее удары. Он и думать забыл, что минуту назад собирался сгрести ее в охапку. Будь на его месте кто другой, ему, может, и показалось бы смешным, что приходится защищаться изо всех сил, чтобы девчонка не сломала ему нос или еще что-нибудь – для такой крохи у нее оказались на диво сильные удары.