Колесо Времени. Книги 1-14

Юный ал'Тор оказался более полезен своим отсутствием, чем присутствием. Слухи об айильцах, совершающих набеги, грабежи, поджоги, и убивающих всех без разбора, которые приносили торговцы с запада, давали людям еще одну причину быть осторожными с теми, что были под боком.

В целом казалось, что нет ничего способного вытащить Кайриэн из его болота, кроме случайной уличной ссоры между слобожанами и горожанами, которые считали шумных, ярко одетых слобожан такими же чужаками как Айил, но более безобидными. Чердаки были переполнены людьми, спящими повсюду, где могли найти убежище от холода.

Но все же, запасов продовольствия было более чем достаточно, если не в избытке, а торговля шла даже лучше, чем обычно в зимнее время. В целом, она должна была бы чувствовать себя довольной: она выполняла все инструкции Кадсуане так, как хотела Зеленая. За исключением того, что Кадсуане ожидала бы большего. Она всегда ожидала большего.

«Ты слушаешь меня, Самитзу?»

Вздохнув, Самитзу отвернулась от созерцания вида за окном, изо всех сил стараясь не трогать свою желтую юбку. Сделанные в Джаканде серебряные колокольчики в волосах слабо звякнули, но сегодня их звук был не в состоянии ее успокоить.

Даже в лучшие времена она не чувствовала себя во дворце комфортно, хотя пылающий огонь в широком мраморном камине давал достаточно тепла, и на кровати в соседней комнате была отличная пуховая перина и подушки на гусином пере. Все три ее комнаты были декорированы слишком по кайриэнски: белый гипс потолка был разбит на квадраты, широкие карнизы сильно позолочены, а деревянные стенные панели заполированы до блеска, но все равно оставались слишком темными. Мебель была очень темной и массивной, украшенной тонкими золотыми листиками и инкрустирована повторяющимися вставками из кости. Тайренский ковер в цветочек в этой комнате, по сравнению со всем остальным декором, сильно бросался в глаза, и, казалось, подчеркивал строгость обстановки. В последнее время, все вокруг казалось слишком похоже на клетку.

Что действительно ее беспокоило, так это женщина, стоявшая сейчас посереди ковра, уперев кулаки в бедра. Ее волосы свободно вились по плечам, подбородок был воинственно задран вверх, взгляд узких синих глаз очень хмурый.

Сашалле, естественно, носила на правой руке кольцо Великого Змея, но вдобавок еще и ожерелье с браслетом айильской работы: огромные бусинки серебра и замысловатые узоры из кости, слишком безвкусные по сравнению с ее платьем из коричневой шерсти с высоким воротом, которое было простым, элегантным и хорошо сшитым. Работа была отнюдь не грубой, однако… слишком броской, и едва ли такое стала бы носить Сестра.